Книга Перерождение, страница 40 – Дмитрий Билик

Дальше все пошло по уже ранее разработанному сценарию. Мы подошли к тому самому дому, что и раньше, вэтте чего-то там постучал и стена разошлась, открывая внушительный зев тоннеля. С развитием моего рубежнического опыта я пришел к одному выводу — бросаться с головой в омут нельзя. Однако именно сейчас в душе не возникло никакого внутреннего напряжения. Да и омут, опять же, был знакомым. А если учесть, что вэтте единственная нечисть, которая внушала мне доверие (это я учитывал и кое-кого из домашних), то все было просто прекрасно.

Так, подсвечиваемые пламенем от пальцев какого-то чувака, имя которого явного заканчивалось на «осс», мы выбрались на склад вэтте. Я даже с завистью вздохнул. Вот хорошо им, мирам там угрожает опасность, Царь царей рыщет в поисках грифонихи, и только у чухонской нечисти все без всяких изменений. Даже зависть берет. Все-таки в обыденности и постоянстве есть свои определенные плюсы.

Нас провели в уже знакомый кабинет, где меня ждал Кносс. Если честно, я так и не знал причину, по которой запомнил его имя — внешность ничем не выдающаяся, жабья морда, крохотные глазки, разве что костюм на нем сидел с иголочки, не портил картину даже внушительный животик. Может, конечно, все дело в том, что мы потенциально обращаем пристальное внимание на тех, кто обладает какой-то дополнительной властью.

— Кносс, — кивнул я.

— Матвей, — ответил мне жабоподобный вэтте. После чего вернулся за стол, залез на кресло и обратился ко мне. — Нечисть. Дело.

Я даже соскучился по манере этих ребят вести бизнес. Ну да, никаких прелюдий, сразу переходим к самому главному.

— Мне нужна информация из местной книжной клети об изначальной нечисти Якутии. В смысле, Севера.

— Только изначальность? — переспросил Кносс.

Вот тут я задумался. Что-то было в этом корявом вопросе. Действительно, тот же рыжий тип — так, мелкая кашица на воде, однако и он может иметь ощутимое влияние.

— О всей нечисти, — исправился я.

— Хорошо, — легко согласился Кносс. — Срок?

— Как можно быстрее.

— Деньги.

Я вытащил со Слова увесистый мешок, в котором, скорее, уместнее было хранить муку, а не переносить деньги. При взгляде на мошну, Гриша с шумом выдохнул, будто из него выпустили всю жизнь. Кносс же, казалось, продолжал находиться в полном равнодушии, разве что вцепился взглядом в мешок. И молчал. Ну да, первое слово за мной.

И тут мне в голову пришла великолепная идея. Я положил мешок на стол прямо перед нечистью.

— Я знаю, что вэтте обладают исключительной добропорядочностью и честностью, поэтому с ними все так и любят вести дела. Я не знаю цены за такую услугу и полностью полагаюсь на вас, уважаемый Кносс. Возьмите столько, сколько посчитаете нужным.

На мгновение мне даже показалось, что вэтте на меня обиженно взглянул. Однако только на мгновение. После чего этот малыш своими перепончатыми пальцами сноровисто развязал тесемки и уверенно пересыпал почти половину серебра себе в стол.

— Посредники. Время. Ждать.

И вышел из кабинета, оставив нас с бесом вдвоем.

— Ну ты, хозяин, голова. Как ты это его, а… Уважаю.

Я убрал остатки серебра на Слово.

— А чего он про посредников сказал?

— Так всем известно, что в книжной клети на нечисть много всяких печатей стоит. На людей тоже, само собой, но есть мастаки переносить одни оставленные вещи в другие места.