Книга Тайные поручения, страница 78 – Дмитрий Билик

— И что? — не унималась приспешница. — У меня вон татарские корни. Так я русских вроде не угнетаю и дань с них не собираю.

Видимо, у Алены пошел своего рода откат. За все то время, пока она молчала. Бедная-несчастная. Теперь будет болтать без умолку.

— Еще как угнетаешь, — ответил я ей. — Просто, как и золотоордынцы этого не понимаешь. Все, замяли, — отрезал я, заметив, что Алена собралась спорить. — Поехали уже. Тут больше делать нечего.

— Куда? — спросил Лео.

— В Подворье. Хочу показать эту вещицу Степану Филипповичу.

Мы выбрались с кладбища, и я заметил то, чего прежде не замечал. А именно рубежников, уже занимающихся оцеплением этого места. Снова. Не из воздуха же они взялись. Значит, находились где-то неподалеку. И я их прозевал. Судя по всему, Леопольд тоже. Он не выглядел, как человек, которого посвятили в план мероприятия.

Неужели люди Святослава будут выносить все артефакты ручками? Не проще ли было взять на Слово нескольким кощеям, а потом выгрузить уже куда надо? Или Великий Князь никому не доверяет? Я подумал еще об этом секунды три, а затем мысленно плюнул на все. Это уже не мои проблемы.

Можно, конечно, пообижаться на Святослава. Он поступил действительно не по-пацански. Только это будет контрпродуктивно. Тут все просто — он государь, я поданный. Обидеться можно, разобраться нет. Да и обиды ни к чему не приведут. Надо просто пережить этот момент и сделать правильные выводы.

А вот зонт меня заинтересовал. Шестеренка слегка торчала из-под собранного купола, поэтому я крутил ее, каждый раз довольствуясь сухим щелчком. А еще чувствовал, как внутри артефакта замер старый хист. Промысел напоминал мне воды старого, застоявшегося болота. Да, это не уберплюшка, с помощью которой можно завалить крона. Однако и подобная штуковина может пригодиться, если ее правильно применить.

К артефактору я не зашел, а буквально вбежал. На мое счастье, народу у Степана Филипповича не было. Сам он сидел за стойкой и показывал что-то своему подмастерью. Правда, как только я ворвался в его лавку, сразу же замолчал.

— Степан Филиппович, здрасьте.

— Не здрасьте, а здравствуйте. В приветственных словах заложен серьезный смысл, молодой человек. И важно понимать это.

Не в духе, что ли? Похоже на то. Хорошо бы понаблюдать, он всегда такой или у артефактора настроение портится, только когда я прихожу? К человеку так иногда относятся, когда на него с самого начала возлагают большие надежды, а тот берет и жиденько обделывается. Видимо, мои подозрения оказались не беспочвенны. Потому что артефактор нехотя вышел из-за стойки, сложил руки на груди, встав в закрытую позу, и спросил.

— Что на этот раз?

Я даже на мгновенье сам нахмурился. Одно — это зависеть от человека, с которым ты ничего не сможешь сделать. От того же Великого Князя, например. Но за свои же собственные деньги получать плевки в спину — удовольствие ниже среднего.

Мне даже действительно пришло в голову извиниться, откланяться и уйти. Что до Трубки… Так Степан Филиппович не единственный артефактор в городе. Думаю, можно будет найти других. А если те поймут, что смогут переписать копию с записок Морового, так меня с руками оторвут.

Однако именно в этот момент взгляд собеседника коснулся зонта. И с артефактором случилась моя любимая метаморфоза. Не та, которая бывает в модных шоу, когда в начале приходит замухрышка из спального района, а в финале на подиум гордо выплывает последняя модница Парижа. Скорее, подобное изменение можно увидеть в элитных бутиках. Когда перед говорящей сквозь зубы продавщицей, простите, менеджером по продажам, появляется пачка денег. И сразу возникает непреодолимое желание работать и хорошо обслужить клиента.