Книга Кехо, страница 28 – Дмитрий Билик

Уверенными движениями тайтури вырыл небольшую ямку возле дороги и упёрся ладонью в горячую землю. Довольно скоро вода обступила его пальцы, поднимаясь всё выше. Смешиваясь с глинистой почвой и песком, она приобретала тёмно-ржавый оттенок, а на её поверхности плавал мелкий сор. Однако Юти это мало интересовало.

Не дождавшись разрешения, девочка кинулась к рукотворному роднику, черпая грязную жижу ладонями. Она пила подобно еле живой, загнанной лошади, после долгой скачки добравшейся до реки. И с негодованием посмотрела на Мастера, который вскоре попросту поднялся на ноги и отряхнул руки. Вода ушла в землю сразу же.

Эта неожиданная передышка придала Юти сил. Теперь она шла в ногу с Мастером, с интересом вглядываясь в даль. Больше девочка не бурчала про себя и не боялась коварных степей Пределов. Постепенно приходила вера в этого странного, но невероятно сильного человека, который шёл рядом.

До заката они останавливались ещё два раза. Сам Ерикан при этом совсем не пил. Юти догадывалась, что воля Мастера укреплена Кольцом. Оно даёт ему возможность длительное время не пить и не есть. Девочка слышала о подобном от кехо. Однако до нынешнего дня считала подобную трату необоснованной.

Когда солнце коснулось краем диска горизонта, Юти обрадованно указала пальцем на стены впереди. Проводник ошибся, они успели. Достигли заставы до заката. Впрочем, как только Ерикан увидел военное поселение, он свернул с дороги и направился по единственному ему известному маршруту.

— Учитель, но ведь там застава! — бежала следом Юти.

— И нам туда не надо. Мы переночуем в другом месте.

Девочка тяжело вздохнула, но ей хватило выдержки и благоразумия ничего не говорить. Между тем солнце скрылось быстрее, чем закрываются ворота Райдара при виде исчадий Скверны. В Пределах темнело всегда быстро. Подобное, правда, являлось лишь неожиданностью для пришлых, местные научились определять закат даже не глядя на солнце. Такое бывает, когда из поколения в поколение твоя жизнь зависит от того, успеешь ли ты укрыться за крепкими стенами до ночи.

Юти шагала, спотыкалась, переходила на бег и снова шагала, пытаясь не отстать от мастера. В его руке плясал небольшой огонёк, который не подсвечивал дорогу, а лишь являлся крохотным маяком, на который ориентировалась девочка.

Одарённая устала. И в своём лучшем состоянии она вряд ли была готова к дневному путешествию по Пределам на своих двоих. А после ранения, не учитывая вложенной силы, девочке требовалось много воды и сна. И ничего из этого Ерикан предлагать ей не собирался.

Внезапно Юти налетела на Мастера, который неожиданно погасил огонёк. Выглянув из-за плеча тайтури, Одарённая увидела множество огней, неторопливо наплывающих на них.

— Это осквернённые? — не с испугом (воины не должны бояться), а с небольшим волнением спросила она.

— Нет, это люди. Уставшие, обиженные и невероятно злые.

— Что за люди? — теперь Юти действительно услышала тихие голоса.

— В здешних землях их называют Чёрной Центурией. Ну что, пойдём, поздороваемся?

Страшнее, чем осквернённые для честного торговца был лишь испуганный выкрик охраны: «Чёрная Центурия!». Разбойники, орудовавшие исключительно в Пределах, давно набили оскомину у Императора и Наместников. Ещё отец Юти ни единожды собирал войско для поимки преступников. И каждый раз Чёрная Центурия ускользала прямо из-под носа преследователей.