Книга Мастер, страница 59 – Дмитрий Билик

Сейчас Одарённая была сыта, костёр давал тепло, а письмена на пламенном языке рисовали её будущее в довольно оптимистичных тонах. Кто не довольствуется тем, что есть, рискует потерять и это.

— Учитель, когда ты дашь мне тот манускрипт? — спросила она. — Который Перчатка забрала у Аллариза?

— Этот? — появился точно по волшебству свиток в руках Ерикана.

Юти утвердительно кивнула. Старик же, словно только того и ждавший, выкинул манускрипт в костёр. Кольцо реакции вспыхнули на пальце сами собой. Одарённая рванула к огню, понимая, что её скорости хватит, чтобы спасти пергамент, но крепкие руки учителя перехватили её.

— Тебе давно пора понять, что ты не обычный воин. И никогда им не станешь, — сказал наставник, глядя ей в лицо. В свете пламени костра его взгляд имел такую силу, словно на Юти смотрела сама Аншара. — Ты не идёшь ступень за ступенью, как обычные Одарённые. Что сделает человек, который хочет стать кехо?

— Отправится в Пределы, — ответил девочка, чувствуя, как от страха её язык прилип к гортани.

— Почему? — не спросил, а пригвоздил её взглядом Ерикан.

— В Ригде и Пакдаке лучшие учителя. А академия Сотрета славится на всю страну. В Конструкте истинных мастеров-кехо можно встретить разве что на службе у Императора.

— Правильно, — ответил учитель уже мягче. — Но ты другая. Ты просто живёшь, пробуешь этот мир и впитываешь всё, что он способен дать. Без всякой системы и логики. Это твой путь. Путь хаоса и постоянного созерцания. Так живёшь ты. Так жила Аншара.

Он наконец отпустил её, и Юти взглянула на скорбно почерневший пергамент.

— К тому же, — сказал Ерикан. — Ты видела, во что превратился Аллариз. И видела, как он это делал. Предельная концентрация, изучение объекта и изменение предметов. Одушевлённые они или нет, разницы никакой. Перевёртыш в идеале исследовал анатомию человека и животных, в которых превращался. Потому и достиг таких высот. Однако это не сделало его хорошим воином.

Юти поглядела на пальцы правой руки. Будто услышав её мысли, по ним сразу же заскакало серое кольцо, подобно собаке, почуявшей запах хозяина.

— Тогда зачем было всё это? Для чего вообще забирать манускрипт, если тебе он не нужен? — спросила она.

— Я не хотел оставлять его у Обугленной Перчатки. Аншара знает, как эти недотёпы им распорядятся. Вдруг ещё продадут какому-нибудь свихнутому сиел. А теперь ложись спать.

Ерикан пристроился у костра и почти сразу засопел. Ещё одно важное качество, которому Одарённая завидовала всей душой. В голове Юти роилось множество мыслей, без малейшей попытки принести ей покой. Девочка думала, глядя то на частички пепла, оставшиеся от манускрипта, то на серое, скачущее кольцо.

Но когда хладость ночи вновь вошла в свою силу, когда от пылающего хвороста остались лишь красные угли, решимость в Юти достигла своих пределов, она надела подарок Аншары. Собрала воедино у себя в голове всё, что слышала, видела и помнила.

И тут же до крови закусила губу от накатившего удовольствия. Оно мощными волнами погребало её, накрывая с головой, не позволяя видеть света. И когда после наиболее сильного вала вода стихла, шипя белой пеной, Юти сладострастно застонала, чувствуя, как низ живота пронзила странная боль.

Тяжело дыша, Юти улыбнулась. Она не видела Кольца на правой ноге, но ощущала, как то там только что появилось. Первая ступенька к Обручу сиел.