Книга Порабощенный лис, страница 116 – Forthright

Суузу пожал плечами:

— Я ни о чем не жалею.

Арджент, тихо напевая себе под нос, посмотрел на младенца. Суузу не только вымыл ребенка, но и смастерил ему подгузник, и согрел, прижав к себе. Так не годилось. Совсем.

— Давай его сюда, пока он не поверил, что ему место в гнезде, а не в моем логове.

Как только Арджент ослабил шнуровку на одолженной тунике, Суузу протянул ему ребенка. Это была первая возможность как следует рассмотреть малыша, и Арджент тщательно изучил своего нового подопечного. Развернув одеяло, лис погладил крошечные конечности и потрогал маленькие пальчики на ногах. Исследовал чешуйки и веснушки ребенка, а также шесть скромных шишек, подозрительно похожих на зачатки рогов.

В своей второй форме амаранты лишь незначительно отличались от людей. Но у гибридов, похоже, более явственно проступали животные черты клана, такие как лисьи уши Гинкго или чешуя этого ребенка. Гены амарантов причудливо сочетались с человеческим наследием в их крови. И эта кровь была так же знакома Ардженту, как и его узы. Как и Гинкго, этот ребенок был Хадзимэ.

— Вы его приютите? – спросил Суузу.

— Таково мое намерение. – Арджент пристроил ребенка у пламени на своей груди. – Запомни мой голос, мой запах, очертания моей души. Может, я не такой яркий, как твоя мать, но в моей тени ты обретешь защиту.

Малыш что-то сонно пискнул.

Арджент ответил низким урчанием и пообещал:

— Ты услышишь истории моего клана. Станешь носить герб моего логова. Познаешь заботу матери и отца, брата и друга. Запомни мой голос, мой запах, очертания моей души, малыш, ведь я – твой дом.

Цумико надела слишком большой для себя спортивный костюм Акиры. Подтянув штаны как могла, она закатала рукава куртки, чтобы те не закрывали кисти. Младший брат, вероятно, все еще считался одним из самых низких в своем классе, но ее давно перерос. Это открытие вызвало у нее легкую грусть, но в то же время и гордость.

В этом заурядном месте Акира тоже сумел обрести особую связь с амарантом. Его дружба с Суузу была частью мира, к которому стремились Пятеро. Живым доказательством, что такое возможно.

Когда Цумико вернулась в комнату брата, там царил беспорядок. На столах валялись полиэтиленовые пакеты с логотипом минимаркета, Акира где-то нашел дополнительные матрасы. Суузу пронесся мимо нее и тут же принялся расправлять заломы и разглаживать складки. Арджент подошел к двухъярусным кроватям и опустился на колени. Положив ребенка на одеяло, он открыл упаковку одноразовых подгузников. С тем же изяществом, с каким распахивал дверцы машины или подавал чай, лис заменил ребенку импровизированный подгузник и одел его в белый хлопковый комбинезончик.

Впрочем, чему удивляться. На глазах Арджента выросли все дети Майкла и Сансы, да и Гинкго он сам воспитал. Лис, вероятно, знал о новорожденных не меньше самой Цумико, а то и больше. Это стало ясно, когда она обнаружила его в раздевалке, где он сидел в шафрановых панталонах, с обнаженным пламенем и тихо ворковал с младенцем у груди. Прямо как заботливый отец.

Возможно, Арджент выполнял приказ. Но она не могла припомнить, что велела лису заботиться о маленьком мальчике. Значит, Арджент сам этого захотел. Ради нее… ради ребенка… ради себя самого? От усталости мысли путались. Теперь, когда Цумико согрелась и вымылась, она буквально валилась с ног.