Книга Окрыленный, страница 113 – Forthright

Что бы ты ни выбрала, мы гордимся тобой.

Мелисса не замечала, что Джимини близко и пристально за ней наблюдает, пока он не принес теплое одеяло и не накинул ей на плечи.

— Что-то не так? – спросил он.

— Ты знаешь волка по имени Луха-со?

Джимини моргнул:

— Да. Если хочешь, я могу вас познакомить.

— Видимо, Дун-вен послал его поговорить с моими матерями. Чтобы получить их разрешение или что-то в этом роде.

Она убрала телефон и взбила солому, чтобы было удобнее сидеть.

— Мелисса, есть еще один вариант. – Джимини сел рядом с ней и стал вертеть в пальцах соломинку. – И я клянусь, что ничего об этом не знал.

Она пожала плечами:

— С чего бы тебе об этом знать?

Он уставился на соломинку:

— Весьма вероятно, что Луха-со передал сообщение от Дун-вена. Волки предпочитают обсуждать все лично. Но я сильно подозреваю, что Луха добровольно отправился в путешествие, чтобы познакомиться с твоей семьей.

Мелисса слишком устала, чтобы играть в угадайку.

— Почему?

— Луха-со Найтспэнгл – мой приемный отец. – Джимини взглянул на нее сквозь челку. – Он очень заботлив.

У него были приемные родители. Они жили здесь, в анклаве. Мелисса это знала, но была так занята укреплением своих границ, что не заглядывала на другую сторону.

Но затем она кое-что вспомнила, и у нее сжалось сердце.

— Они знают про ту историю с кинжалом?

Джимини хихикнул:

— Если Денни что-то знает, это знают все.

— Стоит ли мне беспокоиться о возмездии?

— За то, что ты дала мне отпор? Едва ли. Волчицы не славятся кротостью. – Он пожал плечами. – Я бы не беспокоился. Ты нравишься моей матери.

Мелисса не поняла:

— Я знакома с твоими родителями?

— Конечно. Мой отец доставляет молоко, а мама преподает в Беллуэзере. Они ездили с нами, когда мы отвозили Собратьев на ферму «Красные ворота».

— Твоя мать – Рунта-кив?!

— Когда меня привезли сюда вскоре после рождения, Рунта только что родила дочь. Она выкормила меня грудью вместе с моей молочной сестрой. Луха взял меня на воспитание, а их сын Хану обо мне заботился. Я принадлежу им во многом так же, как ты принадлежишь Дун-вену, Истине и Руку.

— Мне следовало догадаться, – пробормотала она.

— Не расстраивайся. – Джимини придвинулся ближе. – Слушай, Мелисса. Можно я кое-что попробую?

Она снова ткнула его локтем:

— Ты постоянно что-то пробуешь.

Джимини решил раскрыть карты.

— Во время родов я впервые ощутил что-то… новое. Немного похожее на песню. Немного – на душу. Я бы хотел исключить очевидные объяснения – твои кристаллы, тебя.

— Меня?

— Ну, ты могла быть причиной. – Джимини принял демонстративно покорную позу. – Я хочу поговорить об этом с Первым-сенсеем. Ему тоже будет интересно.

— Так это по учебе? – уточнила Мелисса.

— У меня чисто академический интерес.

Она сдалась и устало проворчала:

— Я все равно вооружена.

— Никаких прикосновений. Вероятно. Да и Истина рядом.

— Что ты собираешься делать? – спросила Мелисса.

Джимини неопределенно махнул рукой:

— Посмотреть, смогу ли я воспроизвести этот момент. Продлить связь.

— Наблюдатели не могут по-настоящему увидеть чужую душу, – напомнила она.

Только амаранты могли определить потенциал наблюдателя и выставить ему оценку.

— Кто это сказал?

Она покачала головой:

— Все так говорят.

— Но не мой наставник. – Джимини удобно устроился на соломе рядом с ней, заложив руки за голову и закрыв глаза. – Первый-сенсей регулярно имеет дело с самыми разными сильными душами, и он разработал технику, которая позволяет сущностям двух душ соприкасаться, пока он медитирует. Благодаря ему контакт безопасен для обеих сторон. Ни одна из них не подавляет другую.