Книга При чем тут руны?, страница 124 – Виктор Стогнев

— А жизнь, кажется, налаживается, — подумала она, падая без сил в кровать спать дальше…

Смешная страна эта Германия. В московских Центрах у майоров секретари в звании сержантов, а тут симпатичный мальчик адъютант майора Цейса в чине лейтенанта.

Не, я понимаю, что влияние добрых женщин универсально, но иногда оно доходит до смешных форм. Сравниваю румяного Кристофера с тем парнем, кто вышел навстречу моим броневикам. После двух подряд ковровых бомбардировок. Оба лейтенанты. Смешно и грустно.

Хотя Крис получает намного меньше сержанта Аркаши или Володи при тех же обязанностях, а кто в Германии ему присваивал офицерское звание и как к нему относится — мне наплевать. Юноша преданно на меня смотрит, когда ясно и чётко доносит просьбы майора, чего мне ещё от него требовать?

И ещё смешная Германия страна, что там к чинам относятся трепетно. Только младшим старший по званию отдаёт приказы, равных или старше себя немцы могут только просить!

Сколько раз за войну меня подчиняли офицерам меньшего звания, и я спокойно выполнял приказы. Для русских звание — это общественное положение, жалование и… всё, пожалуй.

А я полковник запаса в Гардарике и настоящий оберст у немцев, вот и передаёт почтительный Крис просьбы майора Йохана Цейса прийти к нему в кабинет.

Бедному мальчику приходится бегать за мной по полигону! Правило же без исключений — на полигоне только учатся. А там полно очень плохих парней, и не все они русские. Только на русских юноша и надеется, они ребята понимающие, и при них его не бьют злые немецкие солдаты. В учебных, разумеется, целях.

В общем, для выполнения поручений майора Кристоферу требуется немалое мужество, и я всегда сразу его внимательно выслушиваю. Тем более майор Цейс просто так не обращается к русскому оберсту.

Сначала в кабинете майора я встретил подтянутого и очень важного немецкого сильного мага в гражданском костюме. О его важности я смог судить по тому, что майор Цейс по-европейски двумя пальцами приложился к фуражке и вышел из кабинета.

— Присаживайся, — с лёгким акцентом по-русски сказал мне немец. — Не обращай внимания на майора. Я вхожу в орден Чёрного орла, ему не нужно слышать, о чём мы будем говорить.

Я уселся на свободный стульчик и посмотрел на немца.

— Зови меня Фрицем, ведь вы в Гардарике зовёте всех немцев Фрицами, — благодушно продолжил он. — Моё настоящее имя неважно. Я должен открыть тебе секрет — в основе мира Гардарики и Германии договорённость моего ордена и кого-то из русских магов. Мы не спрашивали, каких именно магов, нам достаточно, что у них хватило влияния, чтобы остановить войну. Так главное наше условие — неприкосновенность европейских магических кланов, и оно принято, — Фриц для выразительности задрал палец.

Я смотрел на него равнодушно, и он, немного помолчав, продолжил:

— И ты попадаешь в Германию! — Фриц учтиво улыбнулся. — Мы хорошо знаем о тотемном колдовстве, и что ты тотемный воин-рысь. Ты боярин, и за тобой пришёл весь клан твоих рысей. Мы только приветствуем то, что вы будете за нас воевать, но!

Он важно округлил глаза, глядя в мои ленивые рысьи зрачки.

— Но мы не позволим появиться немецкому тотемному клану! — продолжил Фриц. — Просто поверь, что магические кланы Европы не только из-за религии изживали тотемное колдовство!