Книга Руны на теле, страница 87 – Виктор Стогнев

На полигоне возле танка я каждого приветствовал, спрашивал о самочувствии и всем троим в приказной форме сообщил, что они отныне мой экипаж.

Парни приняли моё решение спокойно, без оговорок, как другого и не ждали. Они единственные из новых кланов воевали со мной раньше, только им я мог доверять…

Не! Я вполне доверял заместителю Гаеву и начштаба Зимину, но какой командир посадит в бою в один танк все яйца! Эти ребята и так будут со мной рядом, каждый в своём танке.

Танкисты тотемные волк, медведь и вепрь великолепные, катались для удовольствия и немножко для притирки команды. За первый круг по полигону я экипаж прочувствовал, а когда начали второй, инструктор машину временно отозвал.

Оказывается, меня вызывают к начальнику. Я побежал к Антону, а ребята остались в танке меня дожидаться. В кабинете с Востриковым сидел весь из себя официальный и секретный Виталик Логинов.

Он выдал мне два пакета: один со знаками пехотинцев, другой с бумагами на батальон. Мне предстояло лично и негласно раздать документы и передать приказ своим танкистам перешить знаки.

Кучками не больше десяти человек парни по очереди станут в казарме на время пехотинцами и своим ходом отправятся на вокзалы. Там независимо друг от друга сядут на разные поезда и отправятся по назначению. Типа возвращаются из отпуска.

Рыси, кроме близнецов и Миши, едут в Семёновск, основной состав выйдет в городке, где квартирует штаб армии Салтыкова. Парни собираются во временной располаге отпускников, а я должен явиться пред светлы генеральские очи с докладом. Дальнейшие инструкции получу у него.

Ни тебе торжественных речей, ни «Прощания славянки»! Кстати, марш нашёлся и в этом мире. Заметил систему — чем произведение гениальнее, тем больше у него вероятности оказаться в обеих реальностях. Хотя тоже открыл не бином Ньютона, всем давно известно, что мысли у гениев сходятся.

И в довершение секретности представитель Совета обороны очень не рекомендовал боярину Большову более общаться с журналистами. Он бы мне и приказал, да не может такое приказывать боярам.

А журналистам со мной именно приказали не разговаривать и при случайных встречах не узнавать, все материалы обо мне под временным запретом. Я даже не стал изображать, что сильно огорчился, вообще наплевать. Без дурацких интервью найдётся способ дать голове отдых.

Вернулся на полигон и попросил инструктора отозвать танк Кости и передал ему оба пакета и приказ. Тот сразу выдал на мой экипаж документы и знаки пехотинца и по-дружески попросил такси в Центр не вызывать. Не нужно, чтобы хоть что-то указывало на наши намерения.

Я ему кивнул, да мы пошли в казарму первыми. Сразу уселись спарывать знаки танкиста и пришивать пехотные. Думал про себя, что вполне могу наклеить чёрные полоски, ведь у меня точно есть десять боёв без танков, и убито всяко больше десяти европейцев…

Ну, какой же получится пехотный старший лейтенант без полосок с моей молодой рожей? Вся секретность коту под хвост. И насчёт такси Костя правильно подумал. Если меня не попросить, а парням не приказать, приедет к Центру сорок два автомобиля с шашечками — это точно бросается в глаза.

Ещё не закончили пришивать, в казарму пришёл следующий экипаж. Костик на сборы отвёл не больше пяти минут. Мы в темпе закончили шить, сложили в сумки необходимое имущество и отбыли на трамвай.