Книга Чу-zone. Костик сынок мэра, страница 70 – Виктор Стогнев

Ну, не вписывался тот в рынок, так общественники и бандиты его вписали – теперь там торговые площадки металлических изделий из других регионов, прочих стройматериалов, дилерский центр зарубежных автомобилей, просто супермаркеты и зона отдыха.

Работников из закрытых шахт и комбината выгнали, и они значительно оживили местный рынок труда. Забавно, что те же люди, кто винил Костиного папу в своём бедственном положении, за него сначала искренне голосовали.

Теперь это понять трудно, но тогда делать себе гадости во имя общечеловеческих ценностей, демократии и прав человека считалось благородным и возвышенным.

Нынче все стремятся только к собственной пользе, нет в людях веры в возвышенные идеалы – они больше никогда не будут голосовать за дураков или бандитов.

Впрочем, давно минувшие дела Костю не волновали, он встал на обочине за «москвичом», и они с Леной вышли из машины. Из синего автомобиля вышел мужик около тридцати лет и сделал навстречу несколько шагов.

— Костя? – спросил он серьёзно.

Константин кивнул, и парень, протянув вперёд ладонь, сказал:

— Тогда Миша.

— Очень приятно, – заявил Костя, пожал ладонь и кивнул на Лену, проговорив:

— А это Лена.

— Тоже очень рад, – заявил Миша. – Сейчас проедем к тёть Вале, у неё свой дом, она сдаёт комнаты и не болтает. С ней я уже договорился, не беспокойтесь. Езжайте за моей машиной.

— Хорошо, – проговорил Костя, и Миша направился к своему «москвичу».

Ребята вернулись в Ленину японку, поехали за Мишей. Въехали в посёлок и спустя короткое время Миша остановился у новых ворот. Просигналил, створка ворот отъехала в сторону, и он заехал во двор. Костя проехал за ним следом, ворота за ним закрылись автоматически.

У ворот стояла худощавая пожилая женщина со строгим лицом. Миша вылез из машины с какими-то бумагами в файлике и громко ей сказал:

— Привет, теть Валя. А это твои постояльцы, я звонил.

— Пойдёмте тогда в дом, – сказала она строго и пошла к крыльцу.

Костя открыл багажник, и Лена с ним прошла за сумками. Костя взял спортивку с баксами и кокаином, а Лена сумку с продовольственными запасами и разным санитарным.

За бабушкой поднялись на крыльцо, прошли сени, в прихожке стянули кроссовки и надели тапочки. Дома поддерживался порядок, ребята оценили чистоту и опрятность небогатого интерьера.

За хозяйкой прошли по самодельным половикам в большую комнату, и она пригласила располагаться за столом. Расселись, и бабка заговорила властным голосом:

— Мне безразлично, сколько вы у меня проквартируете, месяц или сутки, цена не меняется. Тысяча долларов.

У Лены сама собой отвалилась варежка, Костя сурово посмотрел на Мишу. Тот лениво пожал плечами:

— У нас везде такие цены. Не верите – прошвырнитесь по рынку, спросите, да боюсь, с вами и говорить не станут. К нам же едут только по знакомству небедные люди, кому очень надо в Чудоевск. Ведь вам туда?

Костя молча поднял сумку, достал пачку долларов, отсчитал тысячу и положил возле бабушки.

— Вот и славно, – проговорил Миша. – Теперь поговорим о вашей машине. За ней кто-нибудь приедет?

Лена помотала головой.

— Перетащить её через туман нелегально не выйдет, – продолжил Миша. – Лучше продайте. Напишите на меня доверку, как продам, сообщу, – он вынул из файла документ и протянул Косте. – Вот заполните и подпишите.