Онлайн книга «Чу-zone. Костик сынок мэра»
|
Лучше делением! Виталик сразу представил, что они под кожей ещё и ебутся – его передёрнуло. Он незаметно для себя уснул и, само собой, ему это и приснилось. Черви под кожей свивались клубками, ритмично дёргались и хрипло стонали отчего-то мужскими голосами. «Пидорасы, что ли»? – думал во сне Виталик. – «Ну, черви же»! — Да оторвите ему кто-нибудь ласты! – воскликнул кто-то из больных. Виталик проснулся. Стонал больной с перевязанными руками. Один мужик с потерей памяти встал с кровати, подошёл к дверям и принялся громко стучать. В глазок посмотрели и спросили через дверь: — Чего надо? — Тут человек стонет! – ответил мужик. – Позовите медсестру! — И что она сделает? – весело спросили из-за двери. – Обезболивающее нельзя так часто колоть, да и не поможет оно! — А нам что делать? – обозлился мужчина. — В другой раз головой постучи, – посоветовал конвойный. — Может, удавить его? – предложил дядька с другой койки. — Не вздумай к нему даже подходить! – отозвался Саня. – Сразу влетят конвойные и отпиздошат прикладами! Всех без разбору! — Да я понимаю, – простонал страдалец с забинтованными руками. – Постараюсь больше не орать. — Ты лучше хорошо старайся! – проворчал мужик с потерей памяти, укладываясь. Парень с гангреной действительно притих, но вскоре его сменил хрен с червями. Тот даже просил, чтоб его удавили, обзывал всех последними словами, но желающих к нему приблизиться не находилось. * * * Эта ночь показалась Виталику бесконечной, он умудрялся отключаться на несколько минут, но вскоре просыпался, и не всегда от стонов. Ему часто казалось, что по коже ползают черви, или немеют руки. Под утро ему снова удалось закемарить, его разбудили санитарка с помощницей под охраной двоих автоматчиков. Зарешеченное окно посветлело, началась утренняя оправка. В этот раз кроме обычных процедур с червивого мужика сняли майку и трусы, протёрли всего влажными салфетками, потом намазали его кожу неким вонючим раствором, наверное, против червей. Ему сделали укол обезболивающего, одели и укрыли одеялом. Виталик раздражённо проговорил: — А разве всё это не полагается делать в особом помещении? И нафиг салфетки, отведите его под душ! — Нельзя ему напрягаться, – со вздохом ответила санитарка. – Так черви лезут интенсивней, ещё заползут где-нибудь в процедурной! — Так черви же магические, – сказал Виталя. – Их как бы вообще нет! — Это для тебя их как бы нет, ты тут заключённый, – ответила санитарка строго. – А вольнонаёмные только увидят его в процедурной, все поувольняются нахуй! — Но вы ж не увольняетесь! – заметил Виталик. — А мы с Валей смелые! – задорно заявила санитарка. – И нам платят по двести тыщ! – она грустно вздохнула и договорила горько. – Рублей блядь! Они занялись больным с гангреной. Его тоже раздели и обтёрли гигиеническими салфетками. Потом помогли сходить на судно. Ему сделали уколы прямо в руки, размотали бинты, собрали гной, обработали открытые раны и снова забинтовали. Мужик всё время процедур шипел и охал. Наконец настала очередь ходящих больных, их по одному конвойные сводили в санузел. И через короткое время в сопровождении двух автоматчиков пришёл молодой подтянутый парень в белом халате и с умными глазами. Сначала он посмотрел мужика с червями, констатировал, что всё по-старому, устало сказал ему, что эвтаназия в России считается убийством, и никто не возьмёт на себя ответственность, не усыпит его как больное животное. Несчастный зарыдал. |