Книга Дороги, которые..., страница 132 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Подошёл Сок, посмотрел в его лицо, выяснил причину, сказал несколько нехороших слов…

— Вот что, Виктор Палыч, мы попробуем изменить график движения. Ван! Поднимай народ, выходим немедленно.

Они вышли в половину шестого и за четыре часа успели миновать изрядный кусок страны, перекусывая в попадающихся харчевнях «на вынос». Час отдыхали — и снова ползли по тракту, пока солнце не выбралось в самый зенит.

Около часу дня на пути попалась хорошая гостиница с обширной, спускающейся к небольшому озеру луговиной, и Сокол объявил длинный привал. При наличии такого количества постоялых дворов вдоль тракта на готовку не хотелось тратить ни времени, ни сил.

Отряд отпустил лошадей на гостиничный выпас и расположился отдохнуть. Кто-то, пользуясь моментом, добирал сон, кто-то просто валялся в тенёчке.

Палыч с Соколом расположились в прохладе обеденного зала и снова разложили свои бумаги. К их общей досаде «Золотой тюльпан» на карте отмечен не был. Палыч оглянулся:

— Уважаемый!

Хозяин, лучась улыбкой, поспешил к их столу.

— Чем я могу помочь, двум благородным господам, удостоившим своим ясноликим посещением мою скромную гостиницу?

Палыч в очередной раз подивился царящей в Междуречье восточной витиеватости.

— Помогите нам сориентироваться. В какой точке мы сейчас находимся?

— Минуточку, господа… Раиля́! Принеси карту тракта!

Черноглазая девчонка выскочила из-за позвякивающей занавески и протянула отцу требуемую бумагу.

Длинный, сложенный вчетверо лист, который так и подмывало назвать свитком, вмещал в себя карту Междуречья со всем Южным трактом от Большого Базара на западе до пограничного моста на востоке. Точнее, почти исключительно тракт, поскольку северные и южные области страны оказались отсечены. Зато были указаны практически все постоялые дворы, корчмы и прочие питающие и предлагающие кров заведения — и даже с кой-какими пометками.

Палыч подвинул к себе новую карту.

— Так, ну-ка прикинем, сколько нам примерно до восточной границы осталось?

— Э-э, дарагой, зачем прикидывать? — удивился хозяин, на минуту выпав из образа восточного корчмаря и превратившись в Равшана с Черкизовского рынка. — Точно вам скажу! Сорок два километра до моста, плюс-минус двести метров, может быть, — и добавил для верности: — Да выгладят боги дороги под копытами ваших благословенных лошадей!

Палыч, голова которого была забита тяжкими мыслями, пассаж не оценил, но Сок выжал из себя что-то соответствующее моменту (с обязательным «да осенит» и прочее) и заодно незадорого сторговал копию карты, так что все остались довольны.

В пять вечера они выехали снова и ползли по тракту до самого заката. Лошади вяло передвигали ноги. Сделать за день полуторный переход — это много. Во всяком случае, четвероногие считали именно так.

Ближе к границе ребятишки-зазывалы у ворот выкрикивали свои лучшие на сегодня предложения всё убедительнее — мол, долго негде будет остановиться, а уже почти ночь, но Палычу почему-то казалось очень важным добраться до границ Белого Ворона именно сегодня. Сок поглядывал на его всё более хмурое лицо, на опускающееся за холмы солнце.

— Виктор Палыч, нам в любом случае нужно остановиться, как минимум на полчаса, а лучше на час. Лошадям нужен отдых. И людей накормить. Заодно траву Олегу заварим.