Онлайн книга «Пока летит монета»
|
— Не доверяешь, что ли? Обиделся… Смех и грех. — Сам сейчас поймёшь. Ваня, давай! Ваня открыл большой, очень большой портал, почти как для корабля. За порталом было темно и вздыхало что-то большое. Угги автоматически пригнулся и выдернул из ножен меч. — Да не кипишуй, свои! — успокоительно проворчал барон, — Боня! Иди сюда, малыш! В темноте ускоренно завозилось, гулко подхрюкивая и взрыкивая. Раздался тяжёлый торопливый топот, у самого портала шаги замедлились и из голубовато светящейся рамки осторожно выдвинулся толстый, толстенный, огромаднещий рог. Он медленно, завораживающе выезжал, пока не высунулся на два своих метра, и показалась мохнатая, слегка заспанная морда. — Выходи уже, не ссы! — подбодрил Вова, шагая к нему — и молодой шерстистый носорог радостно выбежал в подозрительные синие ворота. Обнюхал замершего Угги и ещё парочку задержавшихся на берегу викингов, Ваньку, засмеявшегося Глирдана и, убедившись, что никаких угроз пока что нет, начал весело скакать вокруг хозяина, сотрясая пляж своей шестиметровой тушей. — Ну что, Угги, возьмёшь нас на драккар? — поинтересовался барон, добродушно почёсывая завалившегося перед ним носорога между ушей. Угги хрипло хмыкнул: — Ну уж нет уж! С такими зверюшками… Уж лучше ты по берегу… ВЕСЕЛЬЕ Боня бодро трусил по высокой, до половины скрывающей его траве. Драккар крался осторожно: речка сделалась извилистой, время от времени в воде и даже из воды проглядывали неприятные скалы, торчащие из дна. Местность, и без того холмистая, поднималась вовсе уж крутыми сопками. Где-то уже рядом — это чувствовали все, и напряжение росло с каждой секундой. Речка делала крутую петлю, и барон решил сре́зать напрямую. Носорог, раздвигавший вовсе уж стеной разросшиеся тра́вы как ледокол, резко остановился и угрожающе опустил рог, издавая до крайности неприятные звуки (наверное, так могла бы сипеть и храпать не до конца забитая великанская кухонная раковина). Трава забурлила, исторгая вал людей в пыльного цвета халатах с обмотанными такими же тряпками головами. Они визжали и, не доставая всадника, пытались ткнуть носорога кривыми клинками. Боня хрюкнул и бросился вперёд. Нет, не вперёд. Такое впечатление было, что он бросился сразу во все стороны, топча врагов и подкидывая их рогом. Замелькал баронский топор. Полетела кровь и оторванные конечности. — Скорее! — заорал Угги, — Всё веселье пропустим! Четыре десятка мужских глоток с досадой заорали всякое непечатное, выдёргивая из ножен мечи. Серегер, переживавший больше за барона (но и за веселье тоже), прибавил так, что всех ощутимо качнуло назад. — Пороги, двадцать метров! — заорал уже Эдрадор. — Ваня, портал! — заорал Петя. Короче, все орали — нормальная боевая обстановка. Ванька распахнул перед разогнавшимся драккаром голубое кольцо, следом в двухстах метрах впереди синхронно вспыхнуло точно такое же кольцо выхода, вынесшее кораблик прямо на пляж, рядом с которым и метался яростный носорог с угвазданной в крови мордой. — Под зверюгу не лезем! — проревел Угги и мужики посы́пались на берег. И они непрерывно орали ещё пять минут, пока поводы не кончились. — Хоть бы спросили там: добрый день, вы не заблудились? Или: как дела? — барон обтёр травой боевой топор и оглядел своё войско, — Раненые есть? |