Онлайн книга «Записки кельды, часть 1»
|
Лэри носилась по острову и писала пейзажи, особенно ей удались несколько видов с холма. А Коле делал портретные и бытовые зарисовки. Каждый из нас уже имел в активе пару-тройку рисунков со своей персоной (кстати, неплохо бы людям задарить что-то типа фотоальбомов, возродить традицию), после чего я велела ему переключиться на более масштабные сцены. Пока прочие парни-эльфы (числом семь) во главе с Ликой (эту славную бригаду втихаря кое-кто начал называть «Белоснежка и семь гномов» — ну как же: такой случай и пропустить!) продолжали выращивать ограду, Вова с остальными мужиками начал рубить южную башню острога. Прямоугольная в основании башня была довольно большой, десять на восемь метров (десять — вдоль стены; сперва хотели меньше, но потом задумались про большие повозки и пару метров прибавили), из огромных, в два моих обхвата, брёвен — и мы, женщины, рассудили между собой, что на крайний случай (пока нормальных домов нет) можно будет использовать её как временное жильё или как укрытие на случай какой-нибудь лютой непогоды. Дело шло споро, ведь у нас был Вова, который работал и краном, и бульдозером, и молотобойцем, и до кучи тяжеловозом, хотя практически все инструменты не соответствовали его нынешним возможностям. Огород был почти полностью посажен. Здесь мы решили, что не стоит прибегать к волшебству, ведь нам нужно было проверить — что (и как хорошо) успеет вызреть. Единственное о чём пришлось попросить Лику — выгнать нам рассаду (помидоров, перцев и прочих теплолюбивых товарищей), поскольку момент для их нормального проращивания был категорически упущен. Лика работала на износ, и как минимум пару раз в день мне приходилось вытаскивать её из предобморочного состояния. В один из дней, после четырёх подпиток подряд, Маша, увидев её за обедом, воскликнула: — Лика! Что у тебя с глазами? Прозвучало это так панически, что все невольно встревожились. И Лика тоже. — Что? Что с ними? — Они стали зелёные! Совершенно как у Андле! Действительно, голубые Ликины глаза приобрели чудный цвет молодой тополиной листвы. Друида, услышав этот разговор, удивилась: — Зелёные? У меня — зелёные глаза? Все вокруг наперебой начали подтверждать, что глаза у неё совершенно зелёные, вот в точности такие, как сейчас у Лики. — Странно, а всю жизнь были серые… Эта двойная новость породила множество домыслов и рассуждений. В конце концов мы пришли к общему заключению, что это, должно быть, признак особенного сродства с природой. И — да, глаза у обеих девушек так навсегда и остались зелёными. Гораздо позже, спустя много лет, мы выяснили, что наше предположение оказалось правильным, и у особо одарённых природных магов (друидов и ботаников) от рождения пронзительно зелёные глаза — как молодая трава или нежные тополиные листья. И вообще даже у слабых у природников проявляется такая прозелень — у кого хвойная, у кого малахитовая. За эту неделю мы наварили несколько вёдер земляничного варенья (и извели на это почти весь наш сахар). Теперь целый ряд банок ждёт своего часа во вре́менном, наспех выкопанном погребке. Попробовали ещё посушить, чтобы зимой варить компоты, но немного, поскольку ни у кого не было опыта долгого хранения таких сухохрюктов. Посмотрим, чем окончится наш эксперимент. Всю остальную ягоду мы с удовольствием съели (а если быть честными, бессовестно сожрали))). |