Книга СССР: вернуться в детство 5, страница 15 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Да хрен их знает, — пожал плечами Вова. — Евгеньича не спрашивала?

— Нет.

— И я не догадался. В следующий раз в культуру поедешь — выясни. По-хорошему, в таком случае нужно будет новых куда-то отдельно селить, пока карантин, то-сё…

Ой, бляха муха, не одно так другое.

Горностаек поселили в отдельном пустом помещении и предприняли настолько драконовские меры по дезинфекции и всяческому обеззараживанию, что если уж они не помогут, то я даже и не знаю…

Разговор в Управлении культуры получился интересный. Оказывается, в качестве жеста доброй воли они нам могут компенсировать именно натуральные потери. В головах. Не кормом, не деньгами, никакими другими животными — именно кроликами, чётко поштучно, примерно в такой вот пропорции, тридцать штук в месяц.

Домой я ехала несколько обескураженная и утешала себя тем, что лучше уж так, чем никак. Но, кажется, придётся под карантинную зону один из сараев переделывать.

ОСЕНЬ

Ольга. Октябрь 1986.

И напрасно я переживала, что культурный центр будет стоять полупустым. Школы получили отмашку сверху — и в «Сибирское подворье» выстроилась очередь аж на несколько месяцев вперёд. С этим проектом я чувствовала себя настоящим серым кардиналом, стараясь даже не вмешиваться а подталкивать в правильном направлении. Глобальный план у них был, и даже с картинками. Коллектив подобрался неплохой. Надеюсь, откровенно запороть идею у них не получится.

Открытие прошло ярко и весело, Пал Евгеньич опять снимал (подозреваю, у него появится ещё один постоянный источник творческих идей).

Я не ждала от этого проекта каких-то особенных прибылей. Да и вообще прибылей! Максимум — свободные площади, которые по договорённости шли под покосы для «Шаманки». Должен же инвестор получать хоть какой-то бонус?

Под это дело дед Петя предложил нам в том же колхозе, где мы Дусю купили, сторговать по знакомству одноконную косилку, простаивающую по причине смены средств производства на более высокотехнологичные. Лошадей из хозяйства распродали, косят тракторами, а косилок осталось даже несколько, можно получше выбрать. Есть и побольше, под двух лошадей.

Порассуждав так и сяк, мы коллективно приняли решение, что косилку лучше бы всё же поменьше — не шибко у нас там удобные площадя для больших агрегатов. С другой стороны, на «Подворье» мы тоже собирались лошадку покупать, для всяких праздников и гуляний.

Так что дед Петя был озадачен поручением сговориться на хорошую одноконную косилку, но всё же приглядеть нам ещё одну лошадку, да до кучи поспрашивать про сани или таратаечку — постариннее. Ну, а вдруг попадутся?

В середине октября нам привезли ещё тридцать кролей. На этот раз в сопроводительных документах было прописано, что порода называется «советский мардер». Глядя на этих кроликов я никак не могла отделаться от навязчиво всплывающего образа немецкой ПТхи времён второй мировой — «Мардер-2». Советский мардер — это же трофейный мардер, на котором красную звезду нарисовали! Вот что значит, в своё время в танчики переиграть…

— Я навёл справки, — просветил меня Пал Евгеньич, — считается, что у этой породы мех очень высокого качества, его даже можно перепутать с куньим.

— Нет, это, конечно, всё здорово, — слегка ошалело ответила я, разглядывая клетки. — Я, правда, сказала бы, что по цвету похоже на соболя, но ворс покороче… А они что, так и будут нам каждый месяц новую породу присылать? Это юмор такой или как?