Онлайн книга «Солнце мое»
|
— Поглазеть, я так понимаю, нельзя? — У-у-у, нет конечно. — А жаль, — я подумала, — Или нет. Не хочу смотреть, как тебя бьют. Вовка усмехнулся: — Ну, я тоже буду бить. — Ой, понятно дело. От того, что вы оба будете биты, мне, знаешь ли, как-то не легче. Он тихонько засмеялся и обнял меня: — Ты моя маленькая нежная девочка. — Да. Я маленькая, нежная, и я не люблю мордобития. А тебя люблю… — И я люблю тебя, радость моя. Работники научной библиотеки встретили меня без особого энтузиазма. А как вы отнеслись бы к читателю, который приносит пачку открыток и даёт расплывчатое описание желаемого? Ни каталожного номера книги не знает, ни, в принципе, какую ему книгу вообще надо… Но я была настойчива. А количество книжек по истории костюма — прискорбно небольшим. И книгу мне выдали, а заодно и пару искусствоведческих альбомов по периоду. И тут я увидела живьём (в смысле, на картине) прообраз этих дивных платьев! Мадам де Помпадур! Мама дорогая, это было прекрасно, просто не высказать как… Я изучала и зарисовывала, пока меня не выперли в связи с закрытием читального зала. А потом дома пыталась совместить примерные почерпнутые мной из книжек схемы кроя с имеющимися у меня выкройками. Накосячить было нельзя. Тут как в пословице, семь раз отрежь… тьфу!.. отмерь, наоборот. Короче, облажаешься — и привет ромашке, а не платье. Пока терзалась сомнениями и страхами, родила замечательную идею: начать с кусочков ситца, которые в изобилии для всяких случаев на антресолях стенки лежат. Ну, гениально же! А потом можно по ним же и выкроить уже из шёлка. Я гений, прочь сомненья![17] 28 августа, понедельник. В выходные, Вова сказал, увидеться не получится из-за этого мордобитного мероприятия, так что я шила неутомимо, весь зал завалила выкройками, кусками всяких тканей, рисунками… А в понедельник, когда я в очередной раз прибежала на обнимашки морда лица у Владимира Олеговича была таки битая. В своё оправдание он заявил, что Витамин тоже не ушёл обиженным. Били, я так понимаю, они друг друга, пока стоять могли. И, вроде как, по очкам золото присудили Витамину, а мой — серебряный. Красавчик. Что характерно, Витамин оказался с их же роты, только с другого взвода. Вова мне его показал. И ходил Витамин сегодня тоже… бережно. — А вам разве не полагаются какие-нибудь… освобождения от физкультуры, что ли? Ой, какое выразительное лицо. — Понятно. Только массовые расстрелы спасут революцию. — Вот-вот, — сказал Вова и пошёл бежать три километра. Главное, занятная какая штука — все спортивные упражнения в сапогах. Никаких не то что кроссовок, а даже берц. В тяжеленных кирзачах, подбитых медными гвоздями. Такая вот китайская мето́да. Видимо, как в том анекдоте: потом сбрасываешь шкаф — и ты терминатор. Такие дела. Вечером раздался телефонный звонок, который уже по ощущениям был бодрым. — Ольга, привет! Я вернулась! — Ни фига вы гулять! — Не, я вернулась-то сегодня утром, уже успела к нам на дачу сгонять. Приходи, потрепемся? — Аня, шагай ко мне. У меня печеньки и шитьё. Я буду тут потихоньку шуршать и с тобой болтать. — Ага, иду. Идти от дома до дома пять минут от силы. Анна нарисовалась на пороге и первое, что она сделала — крикнула из коридора: — Баба Рая, здрассьте! — Ой, не кричи, одна сижу. Она, прикинь, всё по гостям фестивалит. Решила, пока лето, пожить на дачах — у всех детей по очереди. |