Книга Пожарский 1, страница 74 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Второй щит лопнул со звонким «быньк!» – слишком легко, неожиданно даже.

Дальше шли слои, намотанные так плотно, что Кузьма предложил:

— Мучиться не будем, продавим разом?

— Давай!

— Ты бы тогда отпустил меня и на пару шагов отошёл.

Убедившись, что я в безопасной зоне, Кузя резко прибавил в весе. Подозреваю, вложил всё, что было, чтоб не мучаться. От скрежета разом просевших щитов заложило уши, шарахнула вспышка высвобождённой энергии, я чутка замешкался, не успел до конца прикрыть глаза – под прикрытыми веками кляксой загорелось светящееся пятно. А следом раздался страшный крик.

Я открыл глаза, промаргиваясь. Перед глазами всё ещё светились остатки вспышки. Историк лежал. И Кузя лежал тоже. Плашмя. Поперёк колен воющего противника. Кости, поди, раздробил. Ну, ничего, этот хмырь у нас – маг способный, исцелится.

Я присел рядом на корточки, щурясь. Блин, потерял хватку... Чтоб вот так под взрывающийся щит подставиться!..

Историк уже не орал. Так, слегка подвывал сквозь зубы.

— Ты... Как тебя звать там, забыл. Сам про Пожарского придумал – или надоумил кто?

— Вы... ф-ф-ф... вы забываетесь!

— М-да? Кузя, ты полежи ещё...

Я вынул из нагрудного кармана маленький ножичек, который вчера в стакане с канцелярией у Пахома увидел, поправил да с собой прихватил – карандаши точить при случае. До карандашей дело пока не дошло, а вот сейчас пригодится.

— Уверен, немного поразмыслив, ты сочтёшь, что лучше ответить...

Я придавил коленом правую кисть историка (сторона – дело не принципиальное, просто так удобнее было).

— Прекрат... – он дёрнулся что-то сделать – без затей (и безо всякой магии) получил кулаком в нос и слегка обмяк.

Ну вот, зато у меня будет несколько положенных минут, чтобы сосредоточиться. Работа с мёртвыми энергиями – она не столько энергоёмкая, сколько кропотливая. Со стороны, наверное, выглядело так, словно я не решаюсь на следующий шаг или не знаю, что делать.

Плевать мне на виды и на чужие соображения по этому поводу, если честно.

Историк замычал и зашевелился.

— Кто? – спросил я ещё раз.

— Вы не посмеете!..

— Как будешь готов говорить – говори. Возможно, я остановлюсь.

Я воткнул нож в середину прижатой ладони и слегка повернул, запуская процесс.

— М-м-ф-ф!.. – он заскрежетал зубами, и я почти сразу почувствовал энергетический толчок, через лезвие ко мне потекла энергия. Лечиться пытается!

— Уважающий себя преподаватель должен знать, что мёртвую энергию невозможно купировать целительными заклинаниями.

Он задёргался, попытался приподняться и оттолкнуть меня левой рукой, получил с локтя и шмякнулся затылком о песок.

— Это так не работает. Что ж. Если ты упорствуешь, у меня не остаётся выбора, – я выдернул нож, перешагнул на другую сторону тушки и прижал вторую руку. – Подумай, кем ты будешь теперь. Такими руками заклинания кастовать точно не получится.

Я воткнул лезвие во вторую ладонь и снова чуть повернул. Сосредоточен был в значительной степени на себе – мёртвые энергии не терпят даже крошечных ошибок. Он же дёрнул освобождённую руку к лицу... и заорал.

Ори – не ори, думать надо было, против кого играть вышел. Мумификация – вещь малоприятная.

— А-а-а-а! А-а-а-а! А-а-а-а! Трубецкие! Трубецкие!!!

Я остановил мёртвый поток. Вынул нож.

— Подробности. Пока я добрый.