Онлайн книга «Маша без медведя 1»
|
По большому счёту, мне плащ был не нужен, но представляю, насколько это прозвучало бы дико, заяви я подобное. Так что я спокойно пошла зелёным рыцарем. Вместо щита у меня была картонная упаковка от больших рисовальных листов, в которой лежал вчерашний рисунок. Карета… Я так это пишу, а сама думаю: вот представит же кто-нибудь сказочную карету, с золочёными дверцами, с бархатными шторками и парчовыми креслами — а тут мы, красивые такие, в неказистом фургончике, у которого из кресел только шофёрское, а прочее место поделено между длинной лежанкой посередине, туда ещё носилки крепятся, и двумя длинными лавочками вдоль боковых стенок; лавочки мягкие, обтянутые зелёной медицинской клеёнкой — должно быть, для удобства дезинфекции, и запах в машине тоже больничный, не очень резкий, но устойчивый. Так вот, карета наша тащилась по узким улочкам пригорода, неторопливо пробираясь в тесной застройке, но как только мы выбрались на широкую многополосную дорогу, водитель включил мигалку и прибавил скорости как минимум вдвое. Я и не думала, что эта сараюшка способна так летать! Афанасьевская слобода оказалась большим частным сектором, про который не очень хотелось говорить «деревня», а больше, наверное, «загородные дома» или «пригородный посёлок». «Дача» тут тоже подходило не очень, всё же дача — это нечто для летнего проживания, а в слободе народ обитал постоянно, да и коммуникации от города протянуты были капитальные: свет, дороги, мелькнул небольшой навес с крупной надписью «ОСТАНОВКА» — название остановки я уже не успела прочитать. Но! Что характерно, остановка была трамвайная. А значит, райончик сильно тяготел к городу, вряд ли отдельно взятая Афанасьевская слобода сподобилась на собственную трамвайную сеть. Да и автомобили, припаркованные на асфальтированных площадках у многих домов, смотрелись скорее глянцево-дорого, чем наоборот. Заборчики, опять же — вычурные, всё больше кованые, с завитушками, а за заборами — не подворья, а ухоженные сады, лужайки с цветниками, вон — даже фонтан… Понятно возмущение эксперта-землевладельца из газеты, как его там, который злорадствовал по поводу отказа страховой компании в выплате. Эти незаконные дома всей благополучной слободе репутацию портили. Представляю, как владельцы соседских участков испугались, когда пожар занялся сразу в нескольких местах. Я невольно поёжилась. Доктор немедленно оживился: — Не припоминаете ли чего, Мария Баграровна? — Конкретно — нет, — покачала я головой, — крики… огонь… — я резко подняла голову, словно вспомнила: — Помню! Папенька кричит: «Беги! Беги!» Доктор сочувственно поджимает губы, кивает и пускается в пространное рассуждение, что, быть может, как раз это и послужило причиной того, что нашли меня так далеко от дома: находясь в стрессовой ситуации, в шоке, девушка получает приказ отца и бежит, бежит… А ведь так всё и было, — думаю я и отворачиваюсь к окну, закусывая губу. Отец сказал — и я бегу. Добежать бы. Здание полицейской управы оказалось вовсе не таким, как я ожидала. То есть не серым, строгим и суровым. Выбеленное (внимание!) розовой краской, оно стояло в окружении шикарных цветников, в которых радовали глаз поздние астры и георгины. Я подумала, что вряд ли вчерашний господин полицейский заморачивается такими вещами. Или у кого-то из городовых жена со склонностью к цветоводству, или местная общественность старается. |