Книга КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11), страница 44 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

А Рыжуля радостно частила:

— Там ихнее лето навроде нашего апреля! Так что самое комфортное место вам, ваша светлость! Белому медведю-то по прохладе самое оно, а?

— Вот ты наглая!

— Есть маленько. Но так, за то и выбрали, чтоб не застеснялась. Принимайте командование, а, ваш-светлость?

— О не-ет! — замахал руками я. — Нет и нет. Командиром не буду!

Смотрю, бойцы приуныли. Прям. Откровенно сказать, поникли совсем.

— Чего голову повесили? Есть у меня для вас хорошие новости. И командир вам… нам, — поправился я, — найдётся.

— Это кто ж? — спросила Рыжуля.

— А — Багратион-Уральский, — ответил я ей. И заорал: — Серго!!! Се-е-ерго-о-о-о!!!

— Ты чего? Что случилось? — из соседнего окна высунулась голова Волчка. Вот гад, по-любому же всё слышал, звериный-то слух намного ж сильнее. Но спросить надо.

— Нагличан добивать пойдёшь? Командиром над оборотнями? И я чтоб в твоём подчинении, а?

— Наглича-а-ан? — расплылся в волчьей улыбке Багратион и исчез. Хоть бы слово обнадёживающее сказал, навроде: «Это мы завсегда!» или «Всенепременно и с удовольствием!»

— Э-э-э! — из соседнего с Серго окна раздался гневный крик. — Значит, Серго зовём, а я? Почему я опять в пролёте?

Я повернулся к небольшому строю, страшно довольный своей интригой:

— Говорил же, без командования не обойдёмся…

Бойцы заинтересованно таращились на представление.

А вот и сам Сокол выскочил на крыльцо.

— Сми-ирна! — гаркнул я. — Великий князь Иван Кириллович гневаться изволят!

Вопреки сказанному, сам я тянуться не спешил. Ну а что? Щас он уразумеет, что непосредственно в данный момент никто никуда лететь-воевать не собирается, тем более — без него, и всё придёт в норму. В нашем, сумасшедшем понимании нормы.

А чего? Использовать административный ресурс по-максимуму — это наше всё. Назначим Серго самым главным командиром, Петю — начштабом, Сокола — тактиком, и можно спокойно на лаврах почивать. В смысле — обычным медведё́м побегать.

Мы не обычные! Мы самые!

Ага. Самые. Пусть наши враги портки себе сменные подбирают. Заранее. Это если в живых останутся!

Да!

Вот и ладненько.

— Чего тут⁈ Куда⁈ — немного сумбурно потребовал отчёта Сокол.

— Ваше Высочество, тут вот делегация образовалась, просят возглавить иррегулярные войска оборотней, — складывая бровки домиком, доложился я. — Только мне нельзя. Я больной и скорбный на голову. У меня и бумага есть. А князь Багратион-Уральский от командования наотрез отказывается. Вот.

— Издеваешься? — с какой-то странной надеждой спросил Сокол.

— И ничего я не отказываюсь! Я, может, всю жизнь мечтал оборотнями покомандовать! — вылетел на крыльцо Серго.

— Господа, вам не кажется, что количество князей и всяких светлостей на нашем крыльце превышает все допустимые нормы? — на подоконник, аккуратно отодвинув цветок, уселся Витгенштейн.

— Тебя Фридрих покусал? — Иван покосился на Витгенштейна с лёгким раздражением. — Ну натурально, ты нормальным языком, что, вообще разговаривать разучился?

— Я есть никого не кусать! — заявил Фридрих, невозмутимо появляясь из-за угла дома. — Каждый ребёнок знайт, что это есть негигиеничный действие.

Чего-то мне эта ситуация всё больше идиотские потешные ярмарочные представления с Петрушкой напоминает. Там тоже, как какая кукла — то непременно японский генерал или сразу царь какой.