Онлайн книга «КОМ-11 (Казачий Особый Механизированный, часть 11)»
|
— Первые опыты прошли удачно. У них этот «Клопик» не просто бегать, он ещё и прыгать стал. Не шибко высоко, но всё же. Тут им большего захотелось! Пересчитали уже вдвоём свои выкладки, покумекали — можно сделать так, что «Клопик» барьеры до пяти метров в высоту перескакивать сможет. А по оптимистическим расчётам и более! Только надо было материалов докупить. — И где они денег взяли? — Ромка дядьку растряс, представьте себе. Расписал возможности будущих прыгучих шагоходов в качестве вспомогательной штурмовой техники. Магический контур из отходов рубиновой крошки собрали. — Да как они зарядили-то его? — не понял я. — Тамия зарядила. Она, оказывается, умеет. И даже без человеческих жертв. А ловко! Вызвалась по кухне помогать, когда курям головы рубить надо было… — И их энергией?.. — Я узнал — сам обалдел! Но собрано на отлично и работает во всех режимах — мы с Антоном сами проверяли. — Ну же? — Так вот. Чуть не год они вдвоём пыхтели. И на каникулы она не поехала, а он вроде как всё с ней, да и иркутский же парень, никто и внимания не обратил. Да и не видать их было особо, всё свободное время в мастерских, в дальнем боксе. Собрали опытный образец. — И сами же опробовали? — понял я. — Хотели прыгнуть через какой-нибудь забор и впилились? — Поразительно, но нет. Не впилились, и даже перелетели. Но вот при приземлении конструкция не выдержала. Ошиблись в расчётах. — Саня помолчал. — Но я их даже понимаю. Как мы тогда с Антохой… Они ж хотели красиво… Если с готовым прийти — шанс… — он хмуро затих. — Я понял. Где лежат? — В городской травме. — Съезжу. А Хунгурееву по шеям! Дурень старый. Мог бы и потихоньку хотя б тебе шепнуть, чтоб расчёты проверили… БОЛЬНИЧКА Иркутский городской Императрицы Елизаветы Сергеевны госпиталь был, без сомнения, заведением солидным. Врачи здесь служили в основном вышедшие из студентов-стипендиатов самой императрицы. Но и полон он в последние годы был безо всякой меры. Здания трёх дополнительных корпусов только о прошлой весне начали возводить. Так что в качестве врачебной помощи горе-испытателям я был уверен, а вот по поводу бытового устройства терзали меня смутные сомнения. И, как говорится, «предчувствия его не обманули»! — Вот, пожалте, ваша светлость! — немолодая уже медсестра распахнула передо мной дверь палаты, в которой (все обмотанные-перемотанные, в лубках и каких-то подвесах с гирьками) лежали наши юные техники. Я заглянул, вышагнул обратно в коридор и дверочку аккуратно за собой прикрыл: — Да вы что, обалдели что ль? Медсестра непонимающе заморгала на меня светлыми ресницами. — Парень с девкой в одной палате! Срамота! — Да как же ж… — растерялась она. — Там ить всё прилично, прикрыто! А на время процедур мы ширмочку ставим! Да оне и спят же, почитай, круглые сутки… — Спят! Прикрыто! А ну, где тут у вас начальство⁈ Получив чёткий запрос, медсестра сразу успокоилась и даже приосанилась, показав мне ладошкой: — Извольте! — и пошуршала вперёд по коридору. У высокой двустворчатой двери с надписью «Заведующий отделением травматологии П. П. Какурников» она на секунду замерла, прислушиваясь, и трижды чётко стукнула — впрочем, сразу заглянув внутрь. Послышалось приглушённое: — Павел Петрович, к вам ихняя светлость господин Коршунов желают, — тело, оставленное снаружи кабинета, продолжало выражать собой почтительность. |