Онлайн книга «КОМ-10 (Казачий Особый Механизированный, часть 10)»
|
В груди моей вспыхнуло солнце и наступила тьма… ЧУЖИМИ ТРОПАМИ Беспроглядная чернота вселенной плакала и выла на несколько голосов. И один из них отчаянно ругался по-японски. — Пустите! Пустите меня! — отчаянно выкрикнул кто-то смутно знакомый. — Я всё-таки маг-природник! А он — Зверь! — Своему зверю помоги! — огрызнулся голос куда менее приятный, но тоже русский. — Я тут как-нибудь… Зверь? Да, я зверь. На этой мысли чернота поглотила меня снова. * * * — Господи, как больно… — Он говорит! — сдавленно зашипели рядом. — Тихо ты! — зло откликнулся голос с другой стороны. — Они ещё не ушли… И я понял, что надо молчать. Потому что от «они» веяло смертью. А я — совсем не боец. Нам нужно время. Знаю. Время, еда и вода. Кажется, у нас нет ничего. С этим я провалился обратно во тьму. * * * Кто-то гладил меня по голове и едва слышно шептал в ухо: — Тише… Пожалуйста, тише… Мы стонали от боли. Ясно. Постараемся воздержаться. Видимо, «они» где-то близко. * * * Неожиданно прохлада! И маленький кусочек льда, которым кто-то водит по моим вискам, по лбу. — М-м-м… фи-ть… тай… — я приоткрыл рот, и кто-то понятливый вложил туда льдинку. Хорошо! — Аматэрасу-о-миками, хоть бы нам дойти… — Теперь дойдём! — гораздо увереннее, чем раньше заявил голос, который я окрестил для себя «вредным». — Джедя, ты как? — спросила третья. — Наверное, буду жить, — усмехнулся мужчина, и я наконец-то окончательно вынырнул из беспамятства. Джедеф! Катерина, Вьюга и Айко! С трудом разлепил веки. Тень какой-то скалы. Совершенно серая лиса, озираясь, усердно присыпает себя песком. Похоже, с маскировкой покуда всё ещё швах. Катерина, вся в размазанной по лицу саже — похоже, сквозь гарь лезла, а потом плакала — перевязывает своего бегемота полосами странных бинтов. Ага! Это она от подола же отрывает. То-то платье у неё весьма легкомысленного вида уже. Я хотел хмыкнуть и в груди взорвалась боль, заставив меня застонать. — Очнулся! — сбоку высунулась дамочка, которую я сейчас хотел бы видеть менее всего. — И ты тут! — слова сами выскочили, а за ними пришёл следующий толчок боли. — Кх-х-х… — Прости, мне не удалось сдохнуть, — проворчала она. — Р-х-х-х… ано тебе ещё сдыхать, — просипел я. — Тепе самуш надо… Тетишек нарошать, полдюшины… Кхе… кхе… кхенофонт улучшить… Силы кончились, и я закрыл глаза. — Так! — строго сказала Айко. — Как я тебя учила? Мягко берёшь свою силу и делишься… Внезапно стало хорошо и спокойно, и вместо чернильной тьмы наконец-то пришёл спокойный сон. * * * Следующий раз, открыв глаза, я чуть было не испугался, что тьма не исчезла — но увидел звёзды! Это просто ночь… — Илья Алексеевич, как ты? — измученно спросила Айко. — Пока шив… — горло едва слушалось. — Пить есть? — Теперь есть, — кивнула лиса. — Дошли до оазиса, Вера ледяную плошку сморозила, с неё пьём. — Она поднесла к моим губам слегка оплывшую и облепленную песком посудину, от которой ощутимо веяло прохладой. Проследила, чтобы я напился, снова утвердила миску в песке и усмехнулась: — Видел бы ты, как она этой плошке радовалась! На прошлом привале-то, когда первые ледяные кусочки наморозить смогла — ух как она взбодрилась, что магия возвращается! Снова нос давай задирать да превозноситься. Бегемот ей и ляпни, мол — а вдруг это всё? Вдруг больше ничего не вернётся? Ох, она и испугалась. |