Онлайн книга «КОМСОМОЛ-2»
|
— Так толку-то нет! — Е-есть, есть толк. Ты просто пока не видишь. Вот тут, по границам кожного, как ты выразилась, протеза идёт внутренняя работа. Живая ткань постепенно замещает… — Мёртвую? — слегка поморщившись, договорила императрица. — В полном смысле мёртвой я её тоже назвать не могу, — пожевав губами, перешёл на академический тон Иннокентий. — Созданную мёртвой силой, так скажем. Поразительно, но это какой-то промежуточный вариант. Нигде до сих пор я не встречал описаний подобных медицинских экспериментов. — Кроме как в сказках? — усмехнулась императрица. Отец Иннокентий посмотрел на неё задумчиво: — А вдруг, Лиза, это всего лишь события, описанные принятым в давние времена языком? Может, и были тогда специалисты… — Скажешь тоже, — неуверенно возразила она. — Давай-ка лучше вот что. Держи ручку и отметь мне, где сейчас границы живого проходят. Будем фиксировать. — Изволь. — Отец Иннокентий склонился над пациентом, делая ручкой на обновлённой коже лёгкие пометки. — А пока я тут корячусь, Лизонька, ты бы отдала распоряжение, чтоб этого лекаря сюда доставили. Оч-чень мне хочется с ним пообщаться… — Ага. Бегу прям и тапочки теряю, — совсем не по-царски фыркнула императрица. Иннокентий обернулся к ней и посмотрел поверх сползших на нос очков: — А что такое? — Нет его. Пропал без вести. Ну что ты на меня смотришь? Скажи — что за манера за парнями после инициации дуболомов отправлять, а? Человек без памяти несколько часов пролежал, еле сподобился встать — а он орать! Анечка жаловалась. — Вот сейчас я вообще ничего не понял, — признался Иннокентий, разводя руками. — Чай пошли пить, тогда и объясню. И придётся тебе хоть на день задержаться, — императрица подхватила старца под локоть и повела из палаты, решительно отметая поднимающиеся возражения: — Надо проконтролировать процесс! А без тебя кто мне поможет? Палату тебе выделим. — А… — Не убежит твоя тайга! ХЁРЕРСДОРФ В ТУМАНЕ Нижняя Австрия, городок Хёрерсдорф 13 января 1948 года. Рассвело Аркадий Я спустился к самой деревне, залёг на пригорке над старой церковкой. Отсюда тоже можно было наблюдать за всем Хёрерсдорфом сразу. Можно было бы, если б не туман, скатывающийся в ложбину, как в жёлоб. Только и разобрать было, что несколько дворов ближней ко мне улицы. Я лежал и размышлял, откуда у деревеньки взялось такое название?* *Хёрерсдорф — буквально «деревня слушателей» (нем.) Никаких намекающих на это особенностей с первого взгляда в глаза не бросалось. Те домики, которые я мог рассмотреть, выглядели совершенно по-дойчевски обычно — чистенько, аккуратненько. Помимо обычных деревенских запахов, откуда-то слегка тянуло машинным маслом и прочими запахами гаража. Но откуда — я даже примерно сказать не мог. В расползающемся тумане всё смешивалось и становилось каким-то… нечётким. Да. Лежал я довольно долго и думал, что ничего уж не дождусь, но вдруг послышались приближающиеся голоса. Негромкие. Трезвые. Но какие-то расхлябанные… Наконец надвигающееся тёмное пятно превратилось в три фигуры в бурых шинелях с натянутыми на уши шапками, больше похожими на пилотки. Ещё через несколько их шагов я понял — да это патруль! Пропустил тройку мимо, не подавая звуков. Осудил их про себя за безалаберность. Предположим, что тот лейтенант, что хуторянам карту показывал, не соврал, и до линии фронта километров пятьдесят… Но всё равно, чтоб в патруле, пусть и на окраине малолюдной деревни, анекдоты травить и срамные карточки разглядывать? Раздолбайство! Даром что никого не видать!А вот я, к примеру, в двадцати метрах от них лежу и этакую дурость порицаю… |