Онлайн книга «Записки о сломанном мире 2»
|
— То есть, никто их не анализировал? — О чём вы, сэр! — она аж всплеснула своими лапками. — Никому до них и дела нет. Там есть даже сундуки, набитые свитками и неким подобием записных книжек. Трёхсотлетней давности! — Но ты имеешь к ним доступ? — Естес-с-с-ственно! — показалось мне, или мелькнул раздвоенный язык? — В таком случае, у меня есть для тебя задание. Я хочу, чтобы ты проанализировала все доступные тебе записи… — Абсолютно все? — уточнила Книга. — Личную тумбочку секретарши мисс Ройсвуд мы, так и быть, опустим в своих изысканиях, — усмехнулся я. — Но прочее перечитать всё без исключений. И на основании всех имеющихся данных составить мне карту присутствия нечисти в этом мире. Меня интересует концентрация видов и частота их… м-м-м… проявлений, так скажем. В связи со степенью агрессивности и вредоносности. — Большая работа, — проворчала Книга. — Ты получишь своё вознаграждение, — заверил я. — Но информация должна быть максимально полной и точной. Сколько времени тебе понадобится? Вот теперь я точно увидел на краткий миг приоткрывшийся стык между страницами, игольчатые зубы и мелькнувший тонкий облизывающийся язык: — Я справлюсь за неделю. Максимум — восемь дней. — Отлично! Имей в виду, я вернусь с подарком. Живой чёрный петух подойдёт? — Да вы понимаете толк в ритуалах, хозяин! Хм, похоже, это был комплимент от гримуара? — Благодарю. И вот ещё что. Если я задержусь — значит, тому есть серьёзные обстоятельства. Не думай, что я отступился. За ответом я приду непременно. ПО СЛЕДУ СМУТНЫХ ОЩУЩЕНИЙ Следующая неделя была насыщенной для отделов следствия и аналитики. Нити событий разматывались с нескольких сторон — шла работа с потребителями читаньского дурмана, с показаниями рогатой жено-змеищи кернунн, полиция по крупицам собирала всю возможную информацию по делу о пропавших девушках из бедных кварталов, вскрывались связи бежавшего лорда Сотеслея и, наконец, выбивались показания из взятых на месте тёмного ритуала нелицензированных оборотней. И чем дальше, тем больше крепла у меня (да и не только у меня) уверенность, что все эти нити связаны между собой — уж больно близко друг ко другу они проходили. Зацепки, связывающие всё в единый клубок, должны были появиться очень скоро — это буквально витало в воздухе. Я тщательно просматривал все протоколы допросов и даже движущиеся звучащие картинки особо заинтересовавших меня моментов, хоть для этого мне и приходилось засиживаться в Департаменте допоздна. Одно заинтересовало меня особенно сильно. Наше предположение о том, что рисунок человечка рядом с мордой монстра в катакомбах мог быть изображением жертвы, оказалось ошибочным. Это было видно по поведению оборотней. Они вели себя довольно нагло (во всяком случае, поначалу). Смеялись над фотографиями загонов, пятнами засохшей крови и останками жертв. И только когда один из следователей предъявил им фото непосредственно жертвенного места, поведение допрашиваемого (а допрашивали их всегда поодиночке) вдруг менялось. Сперва я прочитал об этом в письменном отчёте. Почувствовал… нечто смущающее — и принялся пересматривать оживлённые записи этих допросов. Почти на всех фиксирующие кристаллы были направлены на лицо преступника. Несомненно, это было важно — понимать эмоции и момент их изменения. Но у меня по-прежнему было чувство, что я упускаю нечто существенное. Пока на одной из записей оператор не занял иную позицию и не заснял весь процесс так, что видно было и лицо оборотня, и фотография алтаря. Я просмотрел запись, вернулся к началу интересующего меня момента и начал просматривать её снова, останавливая буквально посекундно. Пока не дошёл до нужного места. |