Книга Записки о сломанном мире 2, страница 114 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Таверна. Кажется, я вижу движение в окнах и… вроде бы, свет?

— Рановато для света, — скептически высказалась книга.

— Какие-то отблески? Может, это просто… я не знаю… отражение солнечных лучей в зеркалах?

— Всё это очень подозрительно. Мы точно не заблудились, и здесь не должно быть никаких поселений. Вы можете приподнять меня, хозяин?

Я отстегнул её от сиденья и, не вынимая из чемодана, продемонстрировал ей окружающее, особое внимание уделив массивному дому — одноэтажному, но выстроенному просторно, без привычной в городах экономии земли. Дом вроде бы походил на ранее виденные крестьянские дома, но общее впечатление оставалось такое, словно его много раз достраивали и перестраивали, потом латали прорехи и немного подкрашивали… Возможно, когда-то это место знавало лучшие времена.

Рядом со входом было обозначено что-то вроде стоянки и даже коновязь с большим корытом, в котором, кажется, поблёскивала вода.

— Очень подозрительно, — ещё раз сказала Книга. — По моим сведениям, от заброшенных шахт и до самых северных пределов «гла́за бури»* не значится никаких домовладений. Ни на одной из карт.

*Так мы между собой стали называть аномальную зону.

В это время на крыльцо вышла женщина, одеждой напомнившая мне сиделок в больнице госпиталя доктора Флетчера, только коричнево-бежевых оттенков, и принялась протирать пыль на перилах. Потом заметила грузовик и принялась разглядывать меня из-под руки.

— По-моему, она смотрит с опасением, — сказал я книге.

— Или делает вид, — возразила она.

Женщина взмахнула рукой.

— Такое тоже возможно. Подъедем поближе, — я поставил Книгу, прислонив к спинке сиденья и неторопливо повёл грузовик вперёд. — Быть может, справочники устарели? Людям свойственно селиться в самых странных местах.

— Особенно если они культисты или преступники, — усмехнулась она.

Мысль о культистах показалась мне вполне вероятной. Поэтому я не стал подводить машину к самому крыльцу и к выметенному пятачку стоянки, а остановил её метрах в пятидесяти. Подумал. Надел обе кобуры для РШ и вложил в них револьверы, чувствуя себя гораздо более уверенно.

— Подъезжайте ближе! — крикнула женщина, снова взмахнув рукой. — Тут тень от дома, ваша машина не нагреется на солнце.

— Ничего, и так хорошо, — сказал я скорее себе, чем ей, и вышел из машины, решив не закрывать дверь, чтобы при необходимости быстрее запрыгнуть в кабину.

— А где тот осколок от кадавра, который мы с вами решили оставить на всякий случай? — спросила меня в спину Книга.

— Кажется, в кармане жилета, ответил я, неторопливо направляясь к дому.

Я услышал звук открывающегося баула и бряканье бутылок. Книга со страшной скоростью рылась в вещах.

— Пиво не разбей, — бросил ей я через плечо.

Женщина тоже услышала и всплеснула руками:

— Что вы, разве можно пиво за рулём! Заходите в дом, я как раз собиралась варить кофе.

— Ого, кофе! — обрадовался я, но тут Книга крикнула сзади:

— Хозяин! Ловите! — я с досадой обернулся и едва успел подхватить ловко кинутый мне в руки осколок. — Посмотрите через него! — взвизгнула Книга. — Это не человек! Она неправильно пахнет!

Я вставил красную линзу в глаз на манер монокля. Развернулся к таверне…

— Рваные небеса!

Руки сами выдернули РШ из кобуры и всадили пару выстрелов прямо в улыбающееся женское лицо. Сквозь красный осколок было видно то, чего простым глазом не наблюдалось: противоестественным оттенком отсвечивающие глаза и волосы, а главное — огромное, врастающее в спину щупальце, уходящее куда-то в глубину дома.