Книга Записки о сломанном мире 1, страница 18 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Навстречу попался открытый экипаж — не магический, а совершенно обычный, запряжённый парой лошадей. Джеральд приподнял шляпу и раскланялся с двумя пассажирками, словно со старыми знакомыми. Я последовал его примеру. Сидящие в коляске нарядные молодые особы с кружевными зонтиками приветливо закивали головками, мило улыбаясь. Соседки?

Надеюсь, что не прежние подружки! На мой вкус, выглядели они диковато — набелённые до невозможности, до какого-то дикого голубоватого оттенка. Вокруг глаз — синеватые тени, причём не только на верхнем веке, но и на нижнем. Раскрытые от солнца зонтики своей тенью только усиливали общий удручающий эффект.

Я присматривался к попадающимся навстречу дамам. Да уж, мода тут жестокая. Женщины были набелены буквально все. Не все, конечно, столь густо. Отдельные экземпляры рисковали выглядеть почти естественно. Но все без исключения носили зонтики либо чрезвычайно широкополые шляпы. Берегутся от загара? Похоже на то.

Наша коляска свернула в боковой проулок и довольно быстро остановилась. Рядом с воротами висела табличка: «Парковый переулок, дом 2. Частная территория. Проход запрещён».

Очевидно, нас ждали. Не успел Джеральд нажать на клаксон, как ворота начали открываться. Седоватый невысокий мужчина среднего сложения приветствовал нас, сняв шляпу:

— Добрый день, мистер Уилл, мистер Джеральд! — И персонально мне: — Рад вашему возвращению, сэр!

Должно быть, это и есть тот старый садовник, о котором говорил Джерри. Наряжен он был в рабочий комбинезон и длинный серый фартук.

— Добрый день. Грин, верно?

— Верно, сэр! — расплылся он в улыбке. — А говорили, вам отшибло память!

— Так и есть, Грин. Но кое-что я помню.

— Это ничего, сэр! Главное, вы живы!

За последние полтора месяца я столько раз слышал эту фразу, что она местами начала заменять «добрый день».

— Спасибо, Грин.

Коляска прокатилась по вымощенной камнем подъездной дорожке и остановилась у невысокого крыльца кирпичного двухэтажного дома. На нижней ступеньке стояла среднего роста сухощавая женщина лет сорока. Строгое длинное платье глубокого синего оттенка, аккуратный узел волос на затылке, небольшой чисто символический чепец.

— Добрый день, господа! — Она слегка присела в мелком книксене. — Мистер Андервуд, рада приветствовать вас. Я Анна Этвилл. Мистер Стокер пригласил меня в качестве экономки. Мои рекомендации ожидают на столе в вашем кабинете. Надеюсь, вы не сочтёте их недостаточными. Обед в два часа пополудни вас устроит? Я прошу прощения, мне очень поздно прислали инструкции.

— Вполне, — ответил за меня Джерри. — А мы пока освежим память и осмотрим дом. Верно, Уилл?

Мне осталось только согласиться.

Не могу сказать, что дом был огромен, но и тесным его также нельзя было назвать. Состоял он из основной части и одноэтажного флигеля, в котором размещались комнаты для прислуги, кладовая, кухня и прочие хозяйственные помещения — об этом мне было вкратце рассказано. Мы же отправились осматривать основную часть — так называемый «хозяйский дом». Из прихожей попали в довольно обширную гостиную, выйдя из которой в левую дверь, можно было попасть в столовую, направо — в библиотеку.

В противоположной же от прихожей стене, в левой её части, находилась дверь, ведущая в длинный коридор, из которого выходили двери в спальню, уборную, ванную и кабинет. Там же, в этом коридоре, размещалась длинная пологая лестница на второй этаж, и, поднявшись туда, я имел счастье лицезреть ещё четыре спальни.