Книга Рыцари Тумарья, страница 49 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Там? – кивнула она на этот неожиданный признак человеческого жилья, удивляясь, как это сразу его не увидела. Сейчас вход было просто невозможно не заметить! Массивная и солидная, дверь бы смотрелась более чем уместно в каком-нибудь средневековом замке, а не в скале в горной глуши, где нет ни единой живой души на многие километры – или какие тут у них единицы измерения – вокруг. Собственно, а есть ли вообще такая дверь, которая смотрелась бы в скале уместно?

— Там, – подтвердил Эрик.

— И что надо делать? Стучать? Или просто позвать?

Брат с сестрой переглянулись.

— Мы не знаем. Здесь столько народу перебывало, столько всего перепробовали – и всё без толку. Так что мы понятия не имеем, что правильно, а что – нет. С ним никогда не угадаешь, что его рассердит и что разозлит.

— Ладно, – пробормотала Вика себе под нос и, не теряя время на тщетные раздумья и сомнения, направилась к двери.

Снова она шла навстречу неизвестному, не зная, какие трудности поджидают её впереди, – однако на этот раз девочка чувствовала себя намного спокойнее, ведь сейчас она была не одна: присутствие разговорчивых Эрика с Ингой и молчаливого Ланса – особенно его! – придавало и уверенности, и сил.

Вика сама едва услышала свой стук в дверь – настолько он оказался слабым и нерешительным… Или дверь – настолько толстой, что заглушала все звуки.

Девочка стянула тёплую толстую варежку и забарабанила сильнее.

— Эй! Есть там кто живой? Открывайте!

Ответа не последовало ни сразу, ни через минуту, ни через две.

Вика снова постучала, ещё подождала, а потом растерянно обернулась к своей компании.

— Может, его нет дома?

Инга развела руками, Эрик пожал плечами.

— Что ж, будем ждать, – вздохнула Вика, испытывая одновременно облегчение от того, что непростая встреча откладывается, и разочарование – она уже настроилась на трудный разговор, и сейчас накопленное и нерастраченное внутреннее напряжение искало выход.

Сначала Вика без цели слонялась туда-сюда перед дверью. Потом – до оставшихся поодаль спутников – и обратно. Затем она пересчитала ветви на ближайшем дереве. Потом попыталась прикинуть, сколько этажей жилого дома поместилось бы в этой горе…

Ванилька, устав играть в догонялки с Угольком, наконец вернулась к Вике, уселась ей на плечо, а затем тронула лапкой лямку рюкзака, намекая, что не прочь забраться внутрь.

Вика потянула за замок, открывая рюкзак для мечты, – и на снег упала чудесказка. Вика раздумывала, брать её с собой или оставить с тётей Генриеттой. Логика подсказывала оставить: зачем тащить с собой в и без того непростую дорогу лишнюю тяжесть? Тем более ни Тумарья, ни полей с ненавижником, ни пичалек в этом путешествии не предвиделось.

И тем не менее Вика всё равно взяла чудесказку с собой – просто потому, что хотелось, пусть она и не могла объяснить, почему именно.

«Да, всё-таки надо было её оставить», – отряхивая стеклянную сферу от снега, подумала Вика. На мгновение она замерла, рассматривая крошечную автобусную станцию внутри, – и почти почувствовала запах августа и родного Кристаллинска.

Вика не сразу заметила, что тишина изменилась. До этого вокруг царила обычная тишина безлюдного зимнего леса и молчаливых гор, изредка прерываемая звуком хрустнувшей ветки или редким криком одинокой птицы. Сейчас она превратилась в тишину, которая возникает, когда специально задерживаешь дыхание, чтобы тебя не услышали.