Книга Рыцари Тумарья, страница 32 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

На глаза навернулись слёзы. За время путешествий по Восьмирью Вика много раз вспоминала дом, он ей даже снился, и грусть часто стискивала её сердце, но ни сны, ни воспоминания почему-то не вызывали такой острой тоски, как невесть откуда взявшийся запах дома, который на миг словно вернул её обратно в родную квартиру.

— Что с тобой? – спросил мужчина, заметив, что Вика расстроилась.

— Ничего, всё в порядке, – ответила девочка и часто заморгала, стараясь удержать поток подступающих слёз.

Похоже, её ответ прозвучал неубедительно, потому что незнакомец хмыкнул, а затем взял её за руку и повёл за собой, а Вика была только рада, потому что из-за подкативших слёз мир вокруг размылся и потерял чёткость, и она не очень-то видела, куда надо идти.

Снег по-прежнему валил, и вьюга мела без устали, но, когда маленькая процессия вошла в лес, стало тише. Деревья были настолько высокими – верхушки терялись в небе! – и широкими в обхвате, что на язык так и просилось слово «вековые», и почему-то казалось, что в таком лесу должны жить великаны… Интересно, а в Восьмирье они существуют?

Вскоре среди огромных стволов Вика заметила стены деревянного дома – и обрадовалась, но не столько за себя – самой ей в чужой куртке было довольно комфортно, – а за незнакомца, отдавшего ей свою одежду. Вот ему надо в тепло, и поскорее, а то заболеет из-за неё на морозе!

Когда они подошли ближе, Вика с удивлением поняла, что перед ними не какая-то скромная избушка, а весьма впечатляющий трёхэтажный дом, сложенный из массивных брёвен, с покатой крышей, украшенной затейливой резьбой, трубой, из которой струился дым, и окнами, горевшими тёплым светом. Не суровый сруб, не сказочный домик, а этакий грубоватый бревенчатый мини-дворец, которому самое место где-нибудь в горах. Может, тут и горы есть, просто из-за снега их не видно?

Дом, всем своим видом обещавший тепло и уют, не обманул – широко распахнулась входная дверь, из неё выплыло облако вкусных ароматов, и кто-то радушно прокричал:

— Скорее, скорее, заходите, пока вас не замело!

Вскоре Вику окутало блаженное тепло, и она едва не застонала от удовольствия! А затем, почти сразу же, напряжение последних часов резко дало о себе знать, навалилась усталость, и больше всего на свете Вике захотелось лечь прямо там, где она стоит, закрыть глаза – и заснуть.

Но пришлось сделать над собой огромное усилие, заставить себя раздеться, снять обувь и пройти вслед за тётей Генриеттой и хозяевами в просторную и уютную гостиную с массивной мебелью, огромным камином, в котором горел огонь, меховой шкурой на полу и разбросанными повсюду пледами в чёрно-красную клетку. А там, усевшись в одно из глубоких кресел, вежливо улыбаться в ответ на приветствия и восклицания и отвечать на расспросы о том, не замёрзла ли она и всё ли с ней в порядке.

Мечта высунула голову из рюкзака, который Вика скинула с плеч, огляделась, но решила не взлетать под полоток или бежать исследовать новое место, а свернулась у хозяйки на коленях. Помня поведение Ванильки в форпосте рыцарей Тумарья, где та тоже оставалась рядом с ней вместо того, чтобы бегать и летать в своё удовольствие, Вика напряглась: неужели это место вовсе не такое радушное и безопасное, каким кажется? Но, когда мечта почти сразу поднялась и принялась очень по-кошачьи утаптывать передними лапками ткань рюкзака, чтобы улечься поудобнее, Вика успокоилась. Нет, здесь ей не должны причинить зла.