Книга Мечты и пичальки, страница 39 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Что делать дальше, а, Ванилька? – шёпотом спросила Вика. – Как ею пользоваться?

Мечта посмотрела на хозяйку и с чувством выполненного долга легла на подушку и свернулась клубочком. Она явно считала, что свою работу сделала. Что ж, от Ванильки дальнейшей помощи можно не ждать.

Вика замерла, не решаясь пошевелиться. Она не понимала, что именно заставило карту «включиться», и боялась любым неосторожным движением всё испортить.

«Неудивительно, что мы её не нашли! – думала она, разглядывая очертания неизвестных земель. – Мы-то искали обычную бумажную карту. А она, оказывается, вон какая!»

Вокруг Вики простирался целый мир! Горы, реки, долины и поля, крошечные посёлки и большие города, озёра и обрывы, леса и пустыни, заснеженные равнины, плавающие льды и буйные тропики. Мир, так похожий на её родной и вместе с тем чем-то неуловимо отличавшийся. Стоило только задержать взгляд на одном месте – и картинка словно сама приближалась, разворачивалась и раскрывалась, показывая мельчайшие детали вплоть до изумрудного мха на камне, капелек смолы на шишках или оплывшего воска на свече в крошечной кофейне. А как только Вика «отпускала» картинку, та сразу удалялась и становилась такого же размера, как и остальные.

С любопытством изучая Восьмирье, Вика очень жалела, что на карте нет надписей: без них понять, какой перед тобой Осколок, не было никакой возможности. В какой-то миг перед глазами промелькнули знакомые маяки на высоком обрывистом берегу Куидама, а через несколько мгновений – почти игрушечные остроконечные крыши Ово, но всё остальное было ей совершенно не знакомо.

Впрочем, сейчас это и не важно. Куда больше, чем названия гор, рек и городов, Вику волновал вопрос, как именно эта карта показывает, где какой человек находится.

— Покажи мне тётю Генриетту, – попробовала Вика самый очевидный вариант: попросить вслух.

Объёмная карта мира никак не изменилась.

— Генриетта Карловна Тилль, – переформулировала Вика. – Фрея Тилль. Маячница Белого маяка из Куидама…

Всё без толку. Карта не реагировала.

Вика с досадой вздохнула. Сложно пользоваться какой-то вещью, если не знаешь, как она работает.

Хотя… Карта заработала, когда рядом оказался кулон из осколка Сердца Восьмирья. Наверное, это он «включил» карту. Но как же тогда она работала у картографа? У него ведь не было другого осколка Сердца! Или… был? Тётя Генриетта говорила, что далеко не все осколки Сердца найдены. Почему бы одному и не оказаться у майстера Куртиса?

А может, картографу и не нужен никакой осколок Сердца Восьмирья. Может, карта у него работала совсем по-другому, а Викин кулон – это такая универсальная вещь, которая обладает массой разных способностей. Он светился в Тумарье, обжигал руки бандитам и вот только что «включил» карту картографа. Что ещё он умеет? Может, и пичальку от Никса отогнать сможет? А почему бы и нет, ведь это – частичка Сердца целого мира!

Вика задумчиво погладила кулон. Да, она давно знает, что это осколок Сердца Восьмирья, но для неё он в первую очередь – мамина вещь, ниточка, которая связывает Вику с ней.

Мама… Как она далеко! Когда же они встретятся? Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как они виделись в последний раз! Вика вдруг подумала, что черты маминого лица начинают понемногу стираться у неё из памяти…