Книга Мечты и пичальки, страница 35 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Вике показалось, будто что-то чёрное промелькнуло прямо перед её глазами и нырнуло за ворот рубашки Никса.

— Стой! – резко приказала она, и Никс даже на мгновение послушался, но почти сразу же продолжил тихо подвывать и пританцовывать на месте. – Да стой же, говорю! – прикрикнула Вика, внимательно оглядывая его со всех сторон.

Никс наконец замер. Совсем ненадолго, но этого хватило, чтобы Вика успела заметить, как из выреза воротника выглянула глазастая пушистая мордашка с длинными ушами – и тут же скрылась.

Подлетела встревоженная Ванилька, приземлилась на плечо хозяйки и ткнулась носом в ухо, словно хотела что-то сказать. Но подсказка уже не требовалась, Вика и так всё поняла и тихо охнула.

— Что? Что там? – испугался Никс, увидев выражение её лица, и стал отчаянно вращать глазами.

— Спокойно! Стой и не двигайся. Она сейчас притихла у тебя под рубашкой, – сказала Вика.

— Она? Кто она?

— Попробуй её достать. Только осторожно.

Никс медленно расстегнул пару пуговиц, засунул руку под рубашку, вытащил наружу, взглянул на то, что сжимал ладонью, – а затем взвизгнул, разжал пальцы и отпрянул.

Пичалька – а это была именно она – приземлилась на все четыре лапы, быстро огляделась и сразу же юрко заскользила к пятящемуся Никсу.

— Ах вон он чего подцепил, – протянул майстер Йенс.

Остальные темноходы успокоенно заворчали и стали садиться обратно за стол.

— Бедолага… Да, влип мальчишка… – слышалось со всех сторон. – Надо же, пройти через Тумарье, сохранив рассудок, – и тут так неудачно вляпаться!

Эти слова, а особенно выражение, с каким они были сказаны, – так, словно всё с ним ясно и он обречён, – напугали Никса ещё больше.

— Как она меня нашла? – воскликнул он.

— О, эти твари жутко прилипчивые, – пожал плечами майстер Йенс.

— А если выбросить? Унести далеко-далеко, оставить, а самому убежать? – с надеждой спросил Никс.

— Бесполезно. Если к тебе привязалась пичалька, она тебя где хочешь найдёт. Наверное, даже на другом Осколке.

Губы Никса задрожали.

— И что, уже ничего нельзя сделать? – не выдержала Вика.

Никс не был её другом, как Лукас, но, хотя знакомы они совсем недавно, им уже пришлось пережить вместе немало передряг, а это сближает. А ещё Вика помнила, как Никс отвлекал от неё бандитов, давая ей шанс убежать. И как промолчал про осколок Сердца Восьмирья, хотя мог бы сказать. И как отчаянно хватался за её руку в Тумарье…

«Мы в ответе за тех, кого приручили», – вспомнилось Вике. Что ж, Никса она вовсе не приручала, у неё даже намерения такого не было. Скорее, он сам к ней привязался. Но это всё равно не отменяло того, что Вика чувствовала себя за него ответственной. И потому не могла просто опустить руки, смириться – и даже не попробовать помочь.

— Обычно люди, к которым прилипают пичальки, уже не жильцы, – равнодушно сказал майстер Йенс. – Точнее, они могут спокойно прожить до глубокой старости. Вот только радоваться жизни им больше никогда не придётся, а без радости… Без радости это уже не жизнь, а так, существование.

Никс всхлипнул, а затем нервно оттолкнул ногой пичальку, которая как раз до него доползла, и запрыгнул на скамью. Хотя было очевидно: можно забраться хоть на шкаф – пичальку это не остановит. Но и спокойно сидеть на месте Никс не мог.

— Вы сказали «обычно», – заметила Вика. – А что, бывали исключения?