Книга Когда родилась луна, страница 208 – Сара А. Паркер

Я вспоминаю тот момент, когда в моей голове образовалась пустота. Чернильное пятно, которое почему-то кажется одновременно пустым и непостижимо огромным.

— Более ста фаз?

— А-а-а,– произносит Ноив, делая еще одну глубокую затяжку и выдыхая струйку дыма, которая придает моему следующему вдоху чрезмерно сладкий аромат травы.– И где ты оставила это?

— Выбросила в мусоропровод.

Я снова натягиваю перчатку и скрещиваю руки на груди, устраиваясь поудобнее на холодном деревянном сиденьи. Хмурясь, пытаюсь лучше защититься от холода.

Учитывая, сколько Ноив берет за проезд, удивительно, что сиденья до сих пор без мягкой обивки. В следующий раз возьму с собой подушку, а не две бесполезные вилки, на которые даже не взглянула с тех пор, как покинула Домм.

Внезапно заметив, что рядом воцарилась тишина, я смотрю направо, прямо в широко раскрытые серые глаза Ноив – палочка зажата в ее пальцах, завиток пепла грозит улететь при очередном порыве ветра.

— Что не так?

— На дне мусоропроводов в Горе живет бархатный трогг, Вейя.

— А, это. – Достаю из кармана еще один кусок мяса, осматриваю оба конца и выбираю тот, что крупнее, чтобы укусить. – Прискорбно, не правда ли?

— Ты же не собираешься…

— Столкнуться с ней? Конечно, собираюсь. Как еще я смогу вернуть эту проклятую вещицу? – бормочу я с набитым ртом. – Она помешана на украшениях, верно?

— Судя по тому, что я слышала, да…

— Замечательно, – говорю я, глотая. И откусываю еще один большой кусок.

Надеюсь, она не съела мой браслет, иначе все будет напрасно. Тем более что шансов найти дневник Эллюин без этого украшения, с которым я по глупости решила расстаться много лет назад, выбросив его в мусоропровод, как какую-то проклятую безделушку, практически нет. Уверена, что он как-то связан с образованием у меня в сознании пустого пятна размером с тридцать циклов авроры.

Тогда это казалось хорошей идеей. Теперь же эта хорошая идея может стоить мне жизни, прежде чем я успею совершить нечто великое и героическое.

— Ты заплатила за обратную дорогу, – говорит Ноив, и я пожимаю плечами.

— Если я умру, оставь себе. – Снова ерзаю на своем сиденьи, пока набиваю рот мясом. – Может, купишь на них какую-нибудь проклятую обивку, ради Творцов?

Прошло семь снов с тех пор, как я видела его в последний раз. С тех пор, как я услышала, как он играл песню Махи и Пахи, сбросила свой щит, словно усталый солдат, и плакала в его объятиях, пока не отключилась, а потом проснулась, завернутая в хвост Слатры. И, хотя каждый раз перед сном у двери появляется свежая еда, а рядом с ней – небольшая фигурка из камня, которую я добавляю к своей растущей коллекции маленьких дракончиков жалости, вызывающих желание швырнуть их в стену, – песни нет.

Его нет.

Каждый раз, когда я заворачиваю за угол и обнаруживаю, что коридор пуст, на меня наваливается еще один камень унижения, и я наполняю ими свое сердце.

Вейя говорит, что я становлюсь сильнее. Если я получаю силу, пытаясь выбить дерьмо из своей головы, – я приму это.

Забившись в один из самых тихих ветровых тоннелей, я просовываю голову в дыру в стене и заглядываю в мусоропровод, морщась от кислой вони, доносящейся из логова трогга.

Вздыхаю, откидываю голову назад и начинаю разматывать веревку, предварительно закрепив большой металлический крюк на краю желоба. Бросаю веревку в дыру, надеясь, что она достаточно длинная, чтобы дотянуться до горы мусора, с которой я вот-вот познакомлюсь поближе.