Книга Некромант, страница 46 – ВальДеМортис

Харнесесс немного помедлил с ответом, затем сказал:

— Я отправил к тебе отряд. Держитесь.

— Спасибо. Я не подведу, — горячо поблагодарил его отпрыск.

Он отправил двоих воинов побыстрее забрать всех на восточной стороне из-под удара нежити. Торопливо вытащил из ближайших домов нескольких эльфов и приказал собирать всех в твердыне, а сам двинулся встречать отряд.

Когда вернулись отправленные на задание с ошеломлёнными, ничего не понимающими мирными эльфами, он, раздав указания, кому и что делать, повёл отряд на поиски детей. Они видели, как нежить ворвалась в поселение, видели, как враг отсекает их от нужного места, но не собирались сдаваться. Отряд прорвался через линию врага, оставляя за собой лишь широкую просеку да обломки костей и остатки плоти. Лишь для того, чтобы увидеть, как двоих маленьких эльфов пронзают чёрные стрелы.

— Неееет!!! — вырвался истошный крик горечи у истерзанного потерями эльфа.

Ярость снова встала у штурвала его тела. Он кромсал и рубил всех, кто попадался на глаза. Воины, что были рядом, старались прикрыть своего командира, а его боевой пыл разжигал свирепые искорки и в их глазах.

Двадцать три эльфа полегли до последнего, оставив вокруг более трёх сотен раздробленных мертвецов.

Младший сын верховного друида снова и снова просыпался от боли и ужаса, умирая в бою десятки раз. Несколько недель спустя он уже сбился со счёта, раз за разом пытаясь спасти всех от гибели. Это был не обычный сон — слишком реальный. И надо было во что бы то ни стало сделать всё возможное, чтобы изменить его печальный конец.

Днём Таэль, как и пообещал себе, учился метать ножи, обращаться с двумя эльфийскими мечами, упражнялся в скорости и подгонял под себя прочную, тонкую и эластичную эльфийскую броню. А ночью он выходил на бой с неизбежностью — и пока проигрывал. Но сдаваться — удел слабых. Очередная попытка проходила следующей же ночью.

Раз за разом, пытаясь изменить концовку реалистичного сна, сын Харнесесса перепробовал все возможные варианты. Он выпрашивал у отца два отряда остроухих воинов, пытался прорваться с боем через полчища врага, силился удержать нежить в проломе стены, пробовал увести всех к воротам, заманивал противника в другую сторону. Однажды и вовсе привёл всю армию отца — но даже это повлекло за собой лишь атаку основными силами в тыл эльфам и гибель всех.

Каждая из попыток заканчивалась по-своему. Но во всех к нему, как и ко всем, кто его окружал, приходила ужасная смерть. Его резали, кололи, рубили, разбивали голову, разрывали на куски. Постоянно умирая в муках, каждый раз теряя воинов и мирных эльфов, он всё же приобретал бесценный опыт. Получал навыки управления отрядом и отдельными воинами, оттачивал мастерство метания и фехтования мечами, развивал интуицию, скорость, реакцию и умение быстро подстроиться под обстоятельства. Но как же это было больно! Каждая рана и каждый смертельный удар отдавались реальной болью до конца следующего дня, когда он снова оказывался на том же месте.

Таэль был убит уже сотнями разных способов. Он больше не страшился никакой смерти и шёл на каждую битву с высоко поднятой головой и холодным разумом. Ярость от потерь тоже притупилась. Слишком много раз в этих реальных видениях он терял родных, своих воинов и соседей, близких и просто мирных эльфов. Каждая такая потеря ожесточала его, делая раз за разом всё менее восприимчивым к окружающим смертям.