Книга Баллада о нефритовой кости. Книга 4, страница 83 – Цан Юэ

В этот момент кто-то сильно пнул ее в спину. Она закричала от страшной боли, выплевывая кровь, и тихо упала, оставшись лежать неподвижно.

— Эй, эй, господин, перестаньте ее бить! Поберегите свои руки, они ведь будут болеть! – Поняв, что русалка может в любую минуту умереть, хозяин лавки наконец забеспокоился. – Вы же замараете руки, если забьете ее насмерть!

В конце концов покупатель в ярости ушел, так ничего и не выбрав.

— Ах ты маленький щенок! – Хозяин лавки приблизился к Сумо. – Ты только создаешь проблемы! Ты привлекаешь несчастья! И почему ты все еще жив?

Сумо выволокли из-под тела Чучу, но русалка осталась абсолютно неподвижной. Лицо ребенка было залито кровью, но это была не его кровь. Это была кровь девушки-русалки. Сильный удар переломил ей позвоночник и повредил внутренние органы, из-за чего кровь хлынула горлом.

Потрошитель драконов мог бы ее спасти, но его не оказалось поблизости.

Сумо в оцепенении смотрел на своего сородича, которого знал меньше дня. Он видел, как ее прекрасное нежное лицо увядало в момент смерти. Он видел, как в предсмертных конвульсиях задергался ее хвост, взметая пыль и грязь. Он слышал ее последний вздох… В уголках ее полузакрытых глаз блеснули слезы, они скатились по щекам, превращаясь в прекрасные искрящиеся жемчужины.

Хвост дернулся в последний раз и затих. Хозяин лавки, грязно ругаясь, отшвырнул тело русалки и поднял раскатившиеся жемчужины.

Девушка, так похожая на тетю Жуи, умерла. Девушка, которая защитила Сумо ценой своей жизни. Она никогда не сможет вернуться в Лазурное море, о котором неизбывно тосковала. А человек Кунсана даже в ее предсмертной слезе видит только товар.

Сумо просто стоял, глядя в одну точку, и на его лице не было никаких эмоций.

— Ты приносишь несчастья! Почему не умер ты?

Хозяин лавки задыхался от ярости, осознавая, что потерял единственную русалку, которая могла принести хорошие деньги. Он так разозлился, что был готов забить Сумо до смерти. Но ребенок даже не увернулся, когда на него обрушился град ударов палкой. Его нос был сломан, лицо опухло, но взгляд по-прежнему оставался бесстрастным.

Деревянная палка толщиной с запястье с хрустом переломилась о спину ребенка, и Сумо упал на землю.

— Проклятый маленький ублюдок! – Хозяин в сердцах отшвырнул обломок палки. – Содержать тебя – пустая трата денег. Тебя нельзя продать, а когда тебя бьют, ты не плачешь! Так у меня даже жемчужин не будет, чтобы их продать! Какой смысл тебя кормить? Лучше уж просто выбросить!

— Было бы жалко его просто выбросить, – сказал подоспевший слуга, указывая на ярко-бирюзовые глаза ребенка. – По меньшей мере можно что-то выручить за его глаза!

Владелец лавки ударил себя по бедру.

— Точно! Как я мог забыть об этом? Тело русалки – само по себе драгоценность. Если вытащить его глаза и тщательно их обработать, можно получить великолепные темно-зеленые жемчужины! За них дадут несколько сотен золотых чжу!

Он еще не закончил говорить, а Сумо схватил осколки глиняной миски, валявшиеся под ногами.

— Что такое? – опешил хозяин лавки, думая, что ребенок снова собирается нападать.

Но Сумо только холодно взглянул на людей Кунсана и без колебаний молча вонзил осколки себе в глаза! Кровь брызнула из глаз, не алая, а почти черная, превращая прекрасное лицо ребенка в демоническую маску.