Книга Ледяное сердце эриды. За гранью, страница 154 – Цитианка

Он тихо выдыхает, кладя ладони мне на талию, направляя движение, от чего его тело подо мной напрягается.

— А ты, значит, все это время сидела, слушала и собирала обо мне рассказы?

— Конечно. Мне было интересно, каким ты был до того, как стал безжалостным принцем.

— И что, нашла что-то полезное?

— Да. Я поняла, что тебя всегда тянуло туда, где тепло, спокойно и вкусно кормят.

Я начинаю медленно и ритмично покачиваться бедрами, прижимаясь к нему плотнее, так что тонкая ткань его брюк не мешает ощущать жар его тела.

— Осторожнее, Селина, — он проводит ладонями вверх по моим бедрам, задирая подол сорочки, — Еще немного, и я решу, что ты сейчас пытаешься меня приручить.

— У меня нет шансов, — шепчу я, скользя пальцами по его груди, спускаясь ниже, обхватывая его через ткань брюк. — Я даже готовить человеческую еду не умею, никогда не училась и вряд ли когда-нибудь научусь. Но я могу попробовать сделать это по-другому.

Я наклоняюсь ниже, проводя дорожку поцелуев от низа его живота вверх по твердым мышцам груди, задерживаясь на каждом вдохе. Каин выдыхает глубже, его рука скользит по моей спине, стягивая ткань, обнажая плечи, пока я продолжаю подниматься поцелуями к его шее, и наконец достигаю его губ.

— Селина…

— Я голодна по тебе, Каин… — шепчу я хрипло и требовательно, и в следующее мгновение я жадно целую его, вбирая в себя его имфирион мощным, горячим потоком, который обжигает меня изнутри своей знакомой силой.

Он стонет мне в рот, отвечая на поцелуй, а его тело полностью пробуждается подо мной, требуя большего. Это большее в мои планы не входит, потому что мне нужно лишь удержать его губы достаточно долго, чтобы вернуть ему все вместе с действием отвара. Но в следующую секунду Каин резко переворачивает нас, оказываясь сверху, и я выдыхаю от неожиданности. Он прижимает меня к постели своим весом так, что я больше не могу дотянуться до его губ, и его глаза, потемневшие от желания, смотрят на меня сверху вниз с собственнической уверенностью.

— Я здесь решаю, кто кого приручает, — произносит он почти рыча, и в его голосе звучит та властная нотка, от которой у меня по спине пробегает дрожь, хотя внутри я лихорадочно ищу способ вернуть инициативу, подыгрывая ему, чтобы он не заметил моей напряженности.

Я киваю, заставляя себя улыбнуться ему снизу вверх, и тянусь руками к шнуровке на его брюках, развязывая ее дрожащими пальцами, стягивая ткань вниз по его бедрам, пока он сам помогает мне, срывая остатки одежды одним резким движением и снова нависает надо мной. В следующее мгновение он перехватывает оба моих запястья одной рукой, прижимая их над моей головой, а второй ладонью скользит вниз по моему телу, задирая сорочку и оставляя за собой след горячих, требовательных прикосновений.

Я выдыхаю, заставляя тело выгнуться ему навстречу, обхватывая его ногами за талию и прижимаясь к нему всем телом, хотя внутри меня все кричит от отчаяния, ведь без доступа к его губам я не могу выдохнуть ему обратно имфирион вместе с действием отвара, и мне остается только подыгрывать дальше, пока он заполняет меня собой так, что на миг я почти забываю о плане. Мое собственное тело начинает предательски расслабляться, легкая, теплая волна отвара, которую я так тщательно готовила для него, теперь разливается по моим венам, делая мышцы мягкими и непослушными, а веки — невыносимо тяжелыми, и внутри меня вспыхивает паника.