Книга Опасный мужчина, страница 29 – Елена Валерьева

Я фыркнула.

Поздно советовать.

Он ничего не написал в ответ.

И, возможно, это было даже мудро. Потому что я и так легла спать с ощущением, будто между нами появилась ещё одна невидимая нить. Не про страсть. Не про поцелуи. Про внимание. А оно, как назло, цепляет сильнее.

Следующие два дня прошли в странном режиме. Мы не виделись, но переписывались. Не бесконечно. Не навязчиво. Урывками. Как люди, которые ещё не имеют права на целый день друг друга, но уже не могут сделать вид, что им всё равно.

Он писал днём:

Как проходит ваш хаос?

Я отвечала:

Продаю людям мечту о море.

Он:

Сами бы куда уехали?

Я:

Туда, где никто не спрашивает, почему я много работаю.

Он:

Плохой выбор. Я бы всё равно спросил.

Или вечером:

Вы поужинали?

Да.

Ложь.

Почему вы так уверены?

Потому что отвечаете слишком быстро. Значит, голодная и злая.

Проклятье. Он опять был прав.

Иногда мне казалось, что он за эти несколько дней прочитал меня лучше, чем некоторые мужчины за годы. И это не расслабляло. Это настораживало. Потому что если человек так быстро находит твои слабые места, он однажды сможет и ударить в них точно.

Я думала об этом всё чаще.

Особенно после разговора с папой.

Особенно после слов Алины.

Особенно когда Роман в очередной раз приезжал к агентству без лишних вопросов и с тем спокойствием, которое оставляло мне слишком мало пространства для манёвра.

В пятницу вечером мы снова увиделись. Он забрал меня после работы, и на этот раз я заранее чувствовала, что разговор будет не лёгким.

— Вы сегодня молчали весь день, — сказал он, как только мы выехали с парковки.

— Работала.

— Нет. Думали.

— Это преступление?

— Смотря о чём.

Я смотрела в окно.

— О границах.

Он чуть повернул голову.

— Моих или своих?

— Наших.

Пауза.

— Хорошо, — сказал он. — Давайте.

Я набрала воздух в лёгкие.

— Вы слишком быстро входите в мою жизнь, Роман.

— Я уже слышал.

— И мне это нравится. Но именно это меня и пугает.

Он молчал. Не спорил. Не перебивал. Ждал.

— Я не хочу проснуться через месяц и понять, что вы уже решили за меня, сколько места вам в моей жизни положено, — продолжила я. — Не хочу оказаться рядом с мужчиной, который всё берёт так уверенно, что я не замечаю, как сама перестаю выбирать.

Он сжал пальцы на руле.

— Вы думаете, я такой?

— Я думаю, что вы можете таким стать, если не заметите момент.

Машина медленно остановилась на светофоре. Красный свет лёг ему на лицо, подчеркнув жёсткую линию скул.

— Это вам кто-то сказал? — спросил он.

— Нет. Я сама вижу.

— И всё равно садитесь ко мне в машину.

— Да.

— Почему?

Я повернулась к нему.

— Потому что меня к вам тянет. Но это не значит, что я не вижу опасности.

Несколько секунд он смотрел прямо перед собой.

Потом тихо сказал:

— Я привык брать на себя больше, чем просят. Это правда. И если мне кто-то важен, я начинаю думать не только за себя. Иногда слишком. Но я не хочу ломать вас, Лада.

Светофор переключился. Машина снова поехала.

— А что хотите? — спросила я.

— Чтобы вы не боялись рядом со мной.

Я грустно улыбнулась.

— Поздновато. Уже боюсь.

— Меня?

— Себя с вами.

Он глубоко выдохнул. Затем резко свернул к набережной и припарковался у пустого вечернего сквера.

— Выходите, — сказал он.

— Что?

— Выходите. Надо поговорить нормально.

Мы вышли из машины. Набережная была почти пустой: холодный ветер с воды, редкие фонари, тёмная река и шорох шин где-то в отдалении. Я запахнула пальто и повернулась к нему.