Книга Опасный мужчина, страница 11 – Елена Валерьева

Когда нам подали меню, я поняла, что действительно голодна. Не только физически. За последние двое суток я жила на кофе, нервах и постоянном внутреннем напряжении.

— Выберите сами, — сказал он.

— Почему?

— Хочу посмотреть, что вы любите.

— Это опасный путь.

— Почему?

— По еде можно узнать о человеке больше, чем хотелось бы.

— Отлично. Значит, выберу этот способ.

— А если я люблю картошку фри и хаос?

— Тогда мне будет ещё интереснее.

Я изучала меню, а он — меня. Я чувствовала это почти физически.

— Хорошо, — сказала я наконец. — Тогда берём морского окуня, тёплый салат, пасту с трюфелем и… если вы не начнёте закатывать глаза, десерт в конце.

— Я похож на человека, который запрещает десерт?

— Вы похожи на человека, который не любит лишнее.

— А вы?

— А я люблю то, от чего становится легче жить.

— Это хорошая позиция.

— Особенно после бывших.

— Вы часто будете его вспоминать?

Я подняла взгляд.

— Ревнуете?

— Уточняю масштаб разрушений.

И снова — как ему удаётся говорить это с таким лицом, будто он обсуждает курс валют?

Мы заказали еду и вино. Я отказалась от крепкого, он не настаивал. И это тоже почему-то подкупало: рядом с ним не приходилось отбиваться от банальностей.

Разговор сначала шёл осторожно. Работа, путешествия, города, отели, нелепые туристические истории. Я рассказала, как однажды отправила семейную пару в Верону, а они через сутки вернулись в номер поругавшимися из-за того, что оба считали себя Джульеттой. Он впервые засмеялся по-настоящему — коротко, низко, с тем самым хрипловатым звуком, от которого у меня по спине пробежали мурашки.

— А вы? — спросила я. — Чем занимаетесь, кроме того, что пугаете людей в холлах?

— Строю.

— Что именно?

— Проекты. Объекты. Иногда людей. Но это реже.

— Последнее особенно обнадёживает.

— Не бойтесь. Вас я пока не строю.

— Пока?

— Вы слишком упрямая. Нужно время.

Я отложила вилку.

— Вот скажите честно, вы со всеми женщинами так разговариваете?

Он посмотрел на меня в упор.

— Нет.

— А со мной почему?

— Потому что вы не просите быть удобной.

Я на секунду замолчала.

— А если попрошу?

— Не поверю.

Вот так и вышло, что за первый час ужина я то смеялась, то злилась, то ловила себя на том, что слушаю его слишком внимательно. Он не был мягким. Не пытался казаться проще, чем есть. Не играл в удобного мужчину. В нём чувствовалась привычка решать, брать на себя, не суетиться, не оправдываться. Обычно именно такие люди меня бесили сильнее всего.

Обычно.

Когда принесли десерт — тонкий тёплый пирог с грушей и шариком мороженого — я уже почти перестала думать о блондинке. Почти.

Почти — до тех пор, пока на его телефон не пришло сообщение, и на экране, лежащем рядом, не высветилось имя: Алина.

Я увидела. И он заметил, что я увидела.

Внутри меня мгновенно что-то захлопнулось.

Я взяла ложку и очень спокойно сказала:

— Ваша загадочная женщина?

Он не потянулся к телефону. Не стал переворачивать экран. Не заюлил. Просто ответил:

— Да.

Вот и всё.

Вот и вся цена красивому вечеру.

Я положила ложку обратно на тарелку.

— Понятно.

— Лада.

— Нет, правда. Всё отлично. Просто теперь картина полнее.

— Какая картина?

— Та, в которой вы приглашаете меня ужинать, пока у вас есть женщина, которой можно писать в девять вечера.

Он медленно выпрямился в кресле.