Онлайн книга «Измена Зима Перемен»
|
такой большой! Я не была к такому готова. Камиль снова прикусил мне кожу на шее, и не спешил двигаться. Он дал мне несколько секунд, чтобы я привыкла. Но этого времени все равно оказалось слишком мало. Он стал двигаться во мне потому что больше не мог сдерживаться. Его объятья стали почти болезненными. Поцелуи жесткими. Но я все равно доверяла ему все больше. Я хотела, чтобы он сминал меня, чтобы страстно терзал мое тело. Чтобы сделал своей до конца. Его движения стали резче, ритм ускорился. Он прижимал меня к себе за бедра и с его губ срывались короткие тихие рыки, пока с моих слетали стоны. Я крепче цеплялась за шею Камиля, будто искала его защиты. Терлась грудью о его грудь. Крепче обнимала его бедрами и прижимала таз. Болезненные ощущения от его размера все еще были, но мне это даже нравилось. Сейчас я чувствовала себя такой наполненной. Такой женственной! — Полина... — выдохнул он мне в губы. — Ты больше никуда от меня не денешься... В этот момент я крепче прижала его к себе и тихо выдохнула ему в плечо. Все внутри натянулось до предела — сладко, мучительно, невозможно ярко. А потом мир словно растворился. Остались только жар, ритм дыхания, бешеный стук сердца и волна такого глубокого, всепоглощающего счастья, что я невольно вцепилась в Камиля еще крепче. Мне казалось, что я уплываю куда-то далеко, теряю форму, вес, прошлое. Растворяюсь. Я замерла в этом мгновении, прижимая его к себе, и ощутила, как он тоже замирает рядом, тяжело дыша, будто прошел сквозь собственный шторм и вышел ко мне. Его губы коснулись моего виска. Потом лба. Потом щеки. — Хочу тебя еще раз, — хрипло сказал он, почти шепотом, а я лишь взглянула: доверчиво и расслабленно, а потом вновь отдала себя его рукам... Глава 39 Эта неделя была настоящей сказкой. Такой, какую я прежде увидела бы только в чужом кино — красивом, чуть нереальном, снятом про людей, у которых жизнь почему-то складывается правильно, а боль всегда остается за кадром. Иногда по утрам я открывала глаза не сразу, а лежала с закрытыми веками и прислушивалась к себе, проверяя, не сон ли это. Теплая спальня, потрескивание дров в камине, приглушенный свет зимнего утра за плотными шторами, тяжелая мужская рука на моей талии, ровное дыхание Камиля у меня за спиной. И каждый раз понимала — нет, не сон. Это происходит со мной наяву. Я осторожно улыбалась в подушку и позволяла себе еще несколько минут ничего не бояться. Потом Камиль, будто чувствовавший мое пробуждение, притягивал меня ближе, не открывая глаз, и хрипло бормотал что-нибудь короткое, властное и приятное одновременно: — Спи. Или: — Рано. Или: — Даже не думай вставать без разрешения. Я тихонько улыбалась, а он, не терпя возражений даже во сне, целовал меня в плечо и снова укладывал к себе, будто весь мир мог подождать. Иногда мы действительно оставались так еще на час, а иногда и на пол дня. Читали книги прямо в постели, каждый свою, но почему-то постоянно отвлекаясь друг на друга. Я украдкой следила, как Камиль листает страницы, как хмурится на особенно глупых местах, как иногда вдруг зачитывает мне абзац низким голосом, превращая даже скучный текст в нечто завораживающее. — Это ужасно написано, — говорил он. — Тогда зачем читаешь? — не понимала я. |