Книга Из столицы в село: я (не) та, кто тебе нужен, страница 28 – Даша Сенклер

Делегация работала методично. Они не кричали, не били — они просто медленно, страница за страницей, вычеркивали жизнь моих стариков. Они превращали их из уважаемых людей в «нарушителей».

Дед слушал их минут двадцать. Он стоял прямо, но я видела, как по его виску катится капля пота, а пальцы на палке побелели.

— Всё сказали? — Спросил он, когда полицейские вышли из разгромленного сарая.

— Пока всё. Ждите уведомлений по почте. И забор… советую начать разбирать сегодня.

Они начали расходиться по машинам. Игорь так и не появился — он сидел где-то в тени, дергая за ниточки и наслаждаясь результатом. От него сейчас большего и не требовалось.

Дед сделал шаг вперед, хотел что-то сказать вслед уезжающему «УАЗу», но вдруг осекся. Его рука судорожно потянулась к груди, палка выпала из ладони, с глухим стуком ударившись о землю.

— Дедушка! — Я едва успела подхватить его, когда он начал оседать.

— Кузьмич! Серёжа! — Закричала бабушка, бросаясь к нам.

Дед хрипел, его лицо из серого стало синюшным, глаза закатились. Он пытался что-то сказать, но изо рта выходила только розовая пена.

— Скорую! Быстро! — Крикнула я парню с планшетом, который еще не успел сесть в машину.

Тот замер, испуганно глядя на распростертого на земле старика. Видимо, доведение до инфаркта не входило в его сегодняшние должностные инструкции. Он дрожащими руками достал телефон.

Через бесконечные пятнадцать минут во двор снова влетела скорая — та самая, что приезжала ко мне. Врач выскочила из машины, быстро оценила ситуацию.

— Носилки! Живо! Инфаркт. Состояние тяжелое.

Когда деда грузили в машину, я стояла посреди разгромленного двора, глядя на вытоптанные грядки и рассыпанный комбикорм. Розовый куст, который я так старательно поливала вчера, был сломан чьим-то тяжелым сапогом.

Бабушка поехала с дедом. Она даже не посмотрела на меня — в её глазах была только пустота и бесконечное горе.

Я осталась одна в тишине, которая звенела от ненависти. Я знала, кто это сделал. Я знала, ради чего. Игорь хотел показать мне свою силу — и он показал её, ударив по самому беззащитному.

Я зашла в дом, подошла к зеркалу. Из него на меня смотрела женщина с мертвыми глазами. «Столичная львица» окончательно умерла. На её месте родилось что-то холодное, острое и беспощадное.

Я достала телефон. На экране было пять пропущенных от Игоря. Я набрала его номер.

— Доволен? — спросила я, когда он снял трубку. Голос мой был ровным, как лезвие ножа.

— Арина? Не понимаю, о чем ты… — в его голосе слышалось фальшивое недоумение, за которым скрывалось торжество.

— Понимаешь. Приезжай завтра вечером. Я буду готова к твоему празднику. Только… оставь Артёма и бабушку в покое. Если с дедом что-то случится, Игорь… я тебя сама в землю закопаю. И никакие погоны не помогут.

Я отключила связь, не дожидаясь ответа. У меня было несколько часов. И мне нужно было увидеть Артёма. В последний раз.

До праздника оставалось двадцать четыре часа. Дед был в реанимации районной больницы, бабушка сидела в коридоре, не выпуская из рук чётки. Я знала: у меня нет права на ошибку. Если я просто пойду с Игорем и буду «улыбаться», он поглотит меня. Если я сбегу — он добьет стариков. Оставался только один путь: вырвать у него власть из рук.

Я нашла Артёма уже почти ночью. Мы встретились за лесопилкой, в месте, куда не заезжала патрульная машина. Он выглядел осунувшимся, глаза лихорадочно блестели. Весь день его донимали различные проверяющие. Докапывались до каждой мелочи и вконец совсем его извели, но вдруг, как по мановению волшебной палочки, все прекратилось.