Книга Кодекс недотроги, страница 67 – Алиса Лисова

— Иди. Сейчас спущусь.

Подошвы кроссовок утопали в мокром песке, оставляя после себя ребристый след. Вдох. Выдох. Минут десять назад открылось второе дыхание и бежать стало легче. Да и хрень всякая из головы почти вылетела. Почти…

— Так что со «Стартом»-то? — спрашивал Ромка с одышкой откуда-то сзади.

— Дыхание не сбивай.

— Выяснил, кто из твоих сливает инфу?

Я молча бежал вперед, слушая, как позади пыхтит этот болтливый легкоатлет. — Я бы на твоем месте тщательно проверил бухгалтерию… Фуууух… Был у меня бухгалтер… Который… Стой… Да стой ты!

Обернувшись назад, я остановился. Ромка уперся руками в колени и пытался отдышаться. Потом выпрямился и запустил руку в карман куртки.

— Всё. Не могу больше. Перекур.

Я фыркнул. Тоже мне, спортсмен.

— Будешь? — протянул он мне пачку.

— Нет.

— Как знаешь, — он дернул плечом, прикуривая. — Это вот все «эко», конечно, правильно… Ооой… Но запрет на курение — маразм. Так что? Бухгалтер?

— Да не знаю я.

— Мда… Дела… — Роман задумчиво посмотрел мне за плечо и, округлив глаза, вытянул голову. — А это ещё что?

Нахально выбросив окурок в сторону, он всматривался вдаль. Любопытство взяло верх, и я тоже обернулся. Зря. Зря я это сделал. Весь фокус со сбросом сексуального напряжения пошел по бороде, стоило мне увидеть знакомую попку в знакомых серых легинсах. Алиса замерла на четвереньках, выгнув спину колесом и опустив подбородок к груди, как делает кошка, защищаясь. Затем медленно прогнулась в пояснице, подняла голову и устремила взгляд вперед, а таз отвела назад.

Смотреть на это спокойно уже не получалось. Фантазия рисовала в мозгу такие изощренные картины, что, не будь рядом с мышкой ещё троих девушек и тренера, закинул бы её на плечо, унес в лес и трахал бы там до зимы, минуя осень. Твою мать! Я убью его! Убью лучшего друга и закопаю на этом песчаном берегу.

— Какие виды, а? — довольно ухмыльнулся Рома, выуживая из пачки вторую сигарету и бесстыже разглядывая прелести своей пантеры, которая, так же, как и Алиса, не замечая нас, практиковалась в йоге.

— А тебе, я смотрю, подглядывать понравилось? Дальше что? Раздевалки? Душевые?

— А что такого-то?

— А ничего такого, Роман Андреич. Я, пожалуй, тренировку закончу.

— Ой ой ой, какие мы правильные стали, — крикнул он с издевкой мне вслед.

Сволочь. Ну сволочь же? Руку даю на отсечение, что не случайно ему приспичило перекурить именно в этом месте. Устал он. Человек, который практически живёт в спортзале устал после двадцати минут бега трусцой?

За обедом друзья продолжали эмоциональное давление, совершенно позабыв о том, что они не одни. Человек сорок гостей ресторана оборачивались на них и перешептывались, когда эти двое ненасытных утопали в страстных поцелуях прямо за столом. Прямо передо мной и мышкой. Ещё месяц назад мне было бы глубоко фиолетово. Но сейчас…

— Спасибо. Было очень вкусно, — опустив глаза, сказала Алиса и поднялась.

— Увидимся через час? — оторвавшись, наконец, от Романа, спросила её Надя.

— Да… Я пока побуду в номере…

Когда мышка покинула зал ресторана, Роман всё-таки вспомнил о назначении помещения и переключился на еду.

— Ты, кстати, идешь с нами, — он указал на меня вилкой, дожевывая кусочек говядины. — И это не обсуждается.

— Ещё одна пробежка? Спасибо, мне достаточно было предыдущей.