Онлайн книга «Кукла старого Адама»
|
Он молча кивнул. На душе было муторно, он даже выругался вслух, понимая, что злится на себя. Ладно, у матери больной ребенок на руках был, не до сына было, он-то взрослый уже. Но сам-то мог ее разыскать? Наверняка в Тюмени так и жила в том доме, откуда отправился шестилетний Ваня к бабушке. А если и переехала куда, то у Станиславы Маркеловны уж точно адрес дочери имелся. «В той книжке записной, которая в комоде в верхнем ящике. Что стоило наведаться сюда да в книжку заглянуть? Сам вычеркнул мать из своей жизни. А вышло – и сестру родную не увидел. И не увижу…» – подумал он с запоздалым раскаянием. — Вот, Ванечка, сестренка твоя. Здесь ей месяц… Он перелистывал страницы альбома, а мать комментировала каждую фотографию. В какой-то момент он вдруг понял, что завидует этой девчушке, так любимой и мамой, и отцом. Он с трудом узнал Леонида, держащего на руках дочь, – сам он помнил его толстым бородатым мужиком. На снимке же тот был гладко выбрит и невероятно худ. — А кто снимал вас троих? В парке у дерева? – он кивнул на одну из фотографий. — А-а… это Анна Петровна тогда с нами гуляла. Я к ней домработницей устроилась, когда денег хватать не стало. Кстати, куклу эту Юленьке подарила она. Сказала, что некому с ней играть. Юлечке в тот день пять лет исполнилось, она так радовалась! Вот, посмотри снимок, – мать перевернула несколько страниц. Что-то в голове у него щелкнуло в этот момент, какое-то неясное подозрение… словно только что случилось что-то важное. И касалось это каким-то боком недавних событий. Анна Петровна, Тюмень… — Мам, какая фамилия у этой женщины? У которой ты работала? — Шуйская. А почему спрашиваешь? — Она одна жила? Где ты убиралась, в квартире или доме? Как долго ты у нее работала? — Подожди, соображу… Анна с мужем поселились в нашем доме, когда Юленьке два годика было, то есть в две тысячи втором. Леня им ремонт делать подрядился, а я по хозяйству Анне помогать стала. Она такая неприспособленная к быту, ужас. Картошки не начистит без того, чтобы палец не порезать! Да и куда ей с таким маникюром! Молодая, холеная, кожа гладкая, а фигура – просто модель. Я рядом с ней старуха старухой, а старше-то ее всего на шесть лет, как выяснилось! — Как ты в квартире оказалась? Ведь у нас дом хороший был, я помню. — Продали мы его, когда Юленьке диагноз поставили. И купили эту крохотную квартирку. Разница вся на лечение ушла, до копеечки. Леня за любой приработок хватался, вот и я решила пойти к новым соседям полы мыть и готовить. — У тебя же высшее образование! Другой работы не нашла? — А Юлечку куда было девать, а, Ваня? — И сколько лет ты на нее батрачила? – вдруг разозлился Одинцов. — Почему батрачила? Муж ее мне хорошо платил, и помогали оба с Юлечкой, деньгами и так, по-соседски. В самые трудные дни рядом были. И Юлечку хоронили, а потом и Леню. Пережил-то он дочку на два года всего. Хорошие они люди, зря ты так, Ваня. — Почему же ты здесь? А не в своей квартире в Тюмени? — А-а-а… тут такая история вышла. В апреле умер муж Анны, а она меня рассчитала. Да я и сама поняла, что давно не нужна ей моя помощь, просто жалели они нас, пенсия у меня копеечная. Просто так я бы денег не взяла, а так вроде заработала. Похоронила Анна мужа, а сама замкнулась в себе, горевала сильно. Как она его любила! Он-то более спокойным к ней был. Даже погуливал, знаю. И она знала, только прощала все. Вот какая, Ваня, любовь бывает. Анна не звала больше к себе, а я не лезла, зачем? А вскоре выяснилось, что квартира наша в залоге. Леня кредит брал, но не в банке, а у бандитов каких-то. Муж Анны им проценты за него платил, вот такой человек был! А ты говоришь… |