Книга Серебряный капкан для черного ангела, страница 32 – Марина Болдова

Деревце, разломанное пополам, валялось рядом с огороженным полосатой лентой местом. Аглая добралась до сетки, разделяющей участки, и, внимательно осматривая ее, пошла вдоль. Она добралась почти до середины забора, когда нога вдруг зацепилась за корень куста ежевики, выдранного из земли. Аглая огляделась – кустов оказалось несколько, а чуть поодаль от забора, по ту его сторону, лежала лопата. Сетка в этом месте оказалась подрезана и отогнута, в лаз спокойно мог пройти, слегка нагнувшись, взрослый человек. И через сетку отчетливо была видна не так давно вытоптанная тропа. Аглая не удержалась и пролезла в дыру. Дорожка поднималась в гору, и в конце концов Аглая вышла к черному входу дома Мутерпереля. Она невольно охнула – на невысоком крыльце валялись грязные кроссовки.

«И что теперь делать? Какая я дура, ведь с самого начала были подозрения, что неспроста он так интересуется прошлым! И не в найденных останках дело. Но зачем ему выдергивать кусты? Ну ладно, допустим, расчистил место около старого лаза. А дальше вдоль забора землю с какой целью перерыл? Что искал? А нашел? – размышляла Аглая, быстро удаляясь от дыры в сетке в сторону своего дома. – Но он же мент! Значит, ничего противозаконного делать не должен. А сделал! Проник на чужую частную территорию. Спросить его? Мол, что забыли у нас на участке, уважаемый? Что ответит? Да… ситуация…»

На крыльце ее ждала Берта. Держа в каждой руке по мобильному телефону, она сердито смотрела на мать.

— Ты откуда такая грязная, мам? По каким кустам шарахалась? – как всегда, не выбирая выражений, спросила Берта и протянула ей телефон. – Тебе заказчица названивает. Я не стала с ней говорить, потому что не знаю, где тебя носит! Макароны там совсем разварились…

— Воду слила? – Аглая, не отвечая, отправилась на кухню.

— Да, и масло положила, и перемешала. Ты от ответа не увиливай. Я слушаю тебя внимательно. – Берта взгромоздилась на высокий табурет.

— Я просто решила еще раз осмотреть место преступления, – спокойно пояснила Аглая.

Она не смогла рассказать всю правду. Повинуясь интуиции, или же оберегая дочь от еще одной неприятной новости. А возможно, умолчала о дыре в заборе потому, что не верила в причастность Мутерпереля к убийству Дмитрия. Не тянул он в ее воображении на преступника, а вот в то, что убил Лев Лапин, верилось легко! Аглая даже надеялась, что так и есть, а майор озабочен лишь тем, чтобы найти и наказать убийцу друга.

Только почему сейчас-то? А не двадцать с лишним лет назад, когда Дима внезапно пропал?

— У меня такое подозрение, что вы с Федором Николаевичем еще не все тайны мне открыли. Да, мам?

— Тайны? Да, тайны… а ты права, дочь, но только в одном: этот наш новый сосед – сплошная загадка. И пока он о себе не расскажет, от меня не добьется больше ни слова.

* * *

Глеб еще несколько минут наблюдал, как на открытой веранде дома Федора топтался, словно бы не зная, чем заняться, какой-то молодой мужик, скорее даже – парень. Не снимая с головы капюшона спортивной куртки, тот постоял, облокотившись на перила, потом перешел в другой угол, подтянулся на руках, уцепившись за балку, повисел несколько секунд и сел на перила, свесив ноги. Теперь Глеб видел его со спины: узкие плечи, ярко выраженная талия навели на мысль, что не парень это, наверное, а стройная девушка. Участок Марковых, находившийся сразу за владениями Федора, Глебу виден не был, но он почему-то решил, что незнакомец (или незнакомка?) смотрит именно туда.