Книга Ягодный возраст, страница 82 – Виктория Вита

— Мы живы и целы, – начала я растерянно оправдываться. – Я сейчас нахожусь у друзей. Слушай, а пожар на заводе – твоих рук дело?

— Наших, – ответил он резко. – Вы там оставили столько следов, не было только твоего автографа и подробного адреса. Немедленно говори свои координаты, я выезжаю к тебе!

— Я не знаю адреса, где нахожусь, – менее дикого ответа я дать не могла.

— Не понял тебя, – произнёс Георгий. – То есть как ты не знаешь, где находишься?

— Ну, не знаю, и всё, – чуть не плача, сказала я. – Когда меня сюда привезли, я спала. Знаю только, что нахожусь на шестом этаже в квартире восемьдесят один.

— Весьма ценная информация, – заметил Георгий. – Ладно, выходи к ближайшему метро и позвони мне оттуда.

— Тоже не могу! Хозяева уехали и не оставили мне ключи! – у меня уже не было сил с ним разговаривать, а тем более что-либо объяснять, вдаваясь в подробности.

— Хорошо, успокойся, – его голос зазвучал мягче. – Я очень люблю тебя и обязательно что-нибудь придумаю. Ты только телефон не отключай. Я очень, очень люблю тебя, моя самая сильная и мужественная девочка.

Слушая гудки, я вдруг ощутила себя действительно маленькой девочкой, только слабой и далеко не мужественной. Весь страх пережитого, который был всё время глубоко внутри, вырвался горькими слезами наружу. Уронив голову на руки, я рыдала в голос, внезапно осознав весь ужас произошедшего. Ещё больший ужас у меня вызвала мысль: а если бы у нас с Иркой вчера ничего не получилось? О Господи! Ирка! Она же едет сейчас с Александром в одной машине… Слёзы мгновенно высохли сами собой. Быстро набрав её номер, я с замиранием сердца слушала гудки.

— Алло? – прорвался сквозь дикие вопли веселящегося вовсю Вадима Иркин голос.

— Ира! Приехал Георгий! Скорее говори адрес, где я нахожусь! – без запинки выпалила я.

Ирка, не спрашивая подробностей и стараясь перекричать Вадима, сообщила мне мои координаты. Спрашивать, как у них дела, я не стала, зная, что у них там как «на передовой при отражении атаки превосходящих сил противника».

Набрав номер Георгия, я продиктовала ему свой адрес и, положив трубку, замерла в ожидании.

Время тянулось мучительно долго. Я продолжала сидеть на кухне. Пила кофе и быстро, переключая каналы, искала любые криминальные новости.

Оглушительный звонок в дверь прозвучал неожиданно и продолжался ровно столько времени, сколько я боролась с незнакомыми мне замками. Когда же дверь всё-таки открылась и я увидела Георгия, такого любимого, желанного и надёжного, всё густеющим туманом поплыло перед глазами.

Очнулась я в гостиной, лежащей на диване. Возле меня привычно колдовал умильно мурлыкающий Семён Наумович.

— Деточка, ну газве так можно над собой издеваться, – немного посуровел он, увидев, что я прихожу в сознание. – И я вам отвечу, таки нельзя. Хогошо, что Геоггий Владимигович не гискнул сюда ехать без меня. Ах, он всё-таки большая умница. Деточка, у вас сильнейшее негвное истощение. Вам надо обязательно поехать на Капги, очень, душечка, там замечательное место для таких ослабленных особ, как вы. А главное, никаких вам убийств и пгочей негвотгёпки… Ну вот и всё, я закончил, только гучку свою не газгибайте сгазу, а то после внутгивенной инъекции синяк будет. Да что же это я вас учу, вы же и так всё знаете. Но полежать полчасика надо, душечка, а потом часик поспите и будете замечательно себя чувствовать, или я не Семён Наумович. И ещё последнее: ваша ссадина на лице… Вы не возгажаете, если я её обгаботаю? Ну конечно, не возгажаете! Так вот, милочка, вы должны помнить, что шгамы укгашают мужчин, и то не всех. А кгасивым женщинам, особенно как вы, они категогически пготивопоказаны.