Книга Ягодный возраст, страница 109 – Виктория Вита

— Влада! Влада! – откуда-то издалека доносился требовательный голос Ирки. – Влада! Георгий звонит!

— Да! – крикнула я, рванув к себе трубку. Тумана в голове как не бывало.

— Любимая моя девочка, – голос Георгия, такой дорогой, любимый, казалось, был совсем рядом. – Я жив и даже цел. С трудом выбил у эскулапов разрешение позвонить. Говорят, у меня небольшое сотрясение мозга. Сейчас должны сделать компьютерную томографию, ЭКГ и рентген, и, возможно, найдут причину, почему я так люблю тебя.

— Ты ещё шутишь, – сказала я, глотая слёзы.

— Любимая, если мне сегодня после обследования не решат применить какой-нибудь неординарный метод лечения, например, трансплантацию головы, то я вечером буду дома. Только имей в виду: красный нос и припухшие глазки, конечно, тебя не испортят, но и не украсят.

В ответ я булькнула что-то невнятное.

— Как там Вадим? В замке ещё возможна реставрация или придётся строить новый?

Я «забулькала» более активно.

— О, за мной уже пришли. Кстати, дорогая, даже не надейся, что ты сегодня будешь спать одна. Знаешь, иногда экстрим действует лучше «Виагры», – последнее он произнёс почти шёпотом.

— Ну, ну, что ты молчишь? – заныла Ирка. – Ну, что он сказал?

— Сказал, что у него всё хорошо, – ответила я, кладя трубку. – Его сейчас обследуют, и к вечеру он приедет домой.

— Здорово! И, пожалуйста, убери эту глупую улыбку со своего страдающего лица. – Ирка налила в чашку горячий кофе. – Сейчас приедет Сашка, я думаю, ему надо повторить всё, что ты рассказала мне. Пусть он съездит к тебе домой и привезёт сюда эту злосчастную сумку. А вообще, если бы ты жила «по средствам» и имела всего одну сумку, у нас бы сейчас было меньше головной боли.

— Ну ладно веселиться, – хмыкнула я. – Тоже мне Клара Новикова. Конечно, отправить Александра ко мне на квартиру – это хорошая мысль, Но когда я оттуда уезжала, скажем так, в некоторой спешке, там остался беспорядок. Примерно как после небольшого землетрясения. И вряд ли он сможет там что-либо найти…

— Это разговор обо мне? – спросил появившийся в дверях Александр. – Что я должен найти?

Поцеловав мне руку, он сел рядом с Ириной и, обняв её, быстро поцеловал в щёку.

— А вы здесь неплохо устроились, – прокомментировал он содержимое столика. – Можно, я сам за собой поухаживаю?

И, взяв Иркину чашку, хорошо налил себе коньяк и только затем плеснул каплю кофе. Появившаяся горничная принесла ещё один кофейный прибор, тонко нарезанный лимон и бутерброды. Александр с благодарностью кивнул и, подвинув к себе всё блюдо, начал наворачивать за обе щеки.

— Сейчас, девочки, чуть перекушу, а то я голоден, как серый волк, и всё расскажу, – с видимым трудом проговорил он. Мы с Иркой понимающе переглянулись и, тяжело вздохнув, замерли в ожидании.

— Ну, значит, так, – наконец заговорил Александр, проглотив последний кусок. – Они шли по Выборгскому шоссе, по левой крайней полосе, на перекрёстке, на красный свет, им наперерез на большой скорости вылетела фура и со всего маху врезалась в капот «Мерса». «Мерседес» развернуло и со всей силы ударило левым бортом о бок той же фуры. Ну и дальше пошла свистопляска. В итоге в них врезалось ещё несколько машин. Хорошо, обошлось без пожара, иначе трупов было бы немеряно.

Георгий, молоток, успел нажать на сигнальную кнопку на своих часах, и мы там были уже через двадцать минут. Пока вытаскивали пострадавших, водитель фуры смылся. Если бы водилы его поймали, то наверняка устроили бы «суд Линча», даже милиция ему бы не помогла. Когда мы уезжали, там, на шоссе, в обоих направлениях, где-то машин двадцать битых стояло, и в основном иномарки. «Скорые» с нашими мы эскортом проводили в ВМА, и пока их не осмотрели, я не мог уехать.