Онлайн книга «Ягодный возраст»
|
Лицо Ирки приняло выражение, с каким обычно слушают бред тяжелобольного: с сожалением, но и надеждой, что больному всё-таки когда-нибудь станет лучше. Она протянула руку и нажала невидимую кнопку. — Принесите нам, пожалуйста, коньяк, – обратилась она к появившейся как будто из воздуха горничной. – Я думаю, что без него нам сейчас не обойтись. Добавим по одной капельке в кофе, сама же меня этому учила, и сразу станет легче. — Ирка, я за эти две с половиной недели выпила больше, чем за всю свою жизнь, и это наводит на нерадостные размышления… — Брось, пожалуйста! Зато ты за всё это время не выкурила ни одной сигареты до конца – вот что действительно должно радовать. — Тебя не переговорить, – хмыкнула я и сделала хороший глоток горячего кофе, сразу ощутив, как он, ещё подбадриваемый коньяком, радостно заструился по сосудам. Кровь прихлынула к голове, я почувствовала, как заалели мои щёки и наполнились влажным блеском глаза. — Ну ладно, подруга, давай рассказывай, что ты ещё надумала, – сказала Ирка. – Даже в самые неприятные, мягко говоря, моменты нашей жизни ты не выглядела столь удручающе испуганной. Чуть помолчав, собираясь с мыслями и стараясь подавить все эмоции, я начала ещё раз со всеми подробностями воспроизводить события, произошедшие на квартире убитого Гиви. Ирка слушала молча, чуть прикрыв глаза, в задумчивости теребя на руке кольцо с янтарем. Когда я закончила, мы ещё некоторое время молчали. — Надо ехать к тебе домой, – наконец произнесла крёстная. – И чем раньше, тем лучше. Любая отсрочка может ещё кому-нибудь стоить жизни… Договорить она не успела: в комнату с телефонной трубкой в руке вошла горничная. Мы с Иркой уставились на неё в полном недоумении. На лице девушки не было ни кровинки, кожа была цвета белого мрамора. Нас будто парализовало, мы смотрели на неё, как кролик на удава, а она продолжала медленно двигаться в нашем направлении, молча протягивая трубку. Рука, сжимающая телефон, дрожала. Горничная растерянно переводила взгляд то на меня, то на Ирку, после секундного замешательства протянула трубку крёстной и, резко развернувшись, выбежала из комнаты. — Да, я слушаю, – произнесла Ирка чужим сиплым голосом. По мере того, как до неё доходила информация, её лицо заливала мертвенная бледность. Я смотрела на неё, до боли закусив губу, и ловила себя на том, что не хочу слышать то, что слушает сейчас она. Всё равно я уже всё знала, осталось узнать лишь детали и ещё – насколько всё плохо. Наконец Ирка положила трубку. — Он жив? – спросила я одними губами. — Да, состояние средней тяжести, – ровным голосом произнесла Ира. – На Выборгском шоссе, меньше часа назад, в его «Мерседес» на полной скорости врезалась фура. Водитель и один из охранников сразу насмерть. Остальные живы, но в состоянии различной степени тяжести, они все доставлены в Военно-медицинскую академию. Александр сказал, что водитель фуры скрылся, а сама машина числится в угоне. И ещё Александр сказал, чтобы мы ни под каким предлогом не выходили из дома. Он едет из клиники и будет здесь через полчаса. Я молчала. И вновь раздался звонок телефона. Мы смотрели на надрывающуюся трелью трубку, и ни одна из нас не могла решиться ответить на звонок. Первой сдалась Ирка. — Алло, – хрипло произнесла она, и я почувствовала, что теряю сознание. Перед глазами встала мутная пелена, стало нечем дышать, у меня не было сил бороться… |