Книга ПсихирЪ, страница 60 – Александр Беляев, Мария Тучина

Петя вспомнил, как одна психологиня у него на эфире хвасталась, что на сеансах матерые бизнесмены и управленцы рыдают как дети. Тогда он пошутил в своей манере – едко и зло. Но теперь Пете не казалось это хвастовством. Подумал даже, что психотерапия должна занять место в ряду стандартных оздоровительных процедур, как массаж, например. Почему бы нет?

С отношением к Насте хорошо, что разобрался. Неопределенность давит, а принятое решение освобождает. Даже такое, как «принять поражение».

Удивляло, что в некоторых своих проблемах сам не отдавал себе отчета, как будто глядел сквозь них. Опустошающая «экскурсия» в детство показала, что он притащил во взрослую жизнь лишенные смысла убеждения и даже не подозревал, что руководствуется ими в своих действиях. То есть сейчас в них смысла не было, а раньше они позволяли справиться с детскими драмами, спасали.

— В ситуации неопределенности и стресса человек проваливается в детство и начинает использовать стратегии, которые работали тогда, – объяснил Бехтерев.

А Петя вспомнил где-то прочитанное: «В критической ситуации вы не подниметесь до уровня своих амбиций, а опуститесь до уровня своей подготовки». И отметил, что подготовку хотелось бы иметь и получше.

Удивительным образом изменилось отношение Пети к своей сверхценности – чуйке. Ребенком он придумал себе это тайное сокровище, благодаря которому мог противостоять трудностям и преодолевать выученную беспомощность. Теперь Петя осознал, что чуйка – не дар богов или провидения, который можно отнять и без которого он недостоин ни внимания, ни любви. Это естественная часть его личности, собственная профессиональная проницательность, результат труда и усилий плюс стремление к новизне и новым закономерностям. И немножко отваги, склонности к риску.

— Дайте чуйке шанс, – вспомнил Петя напутствие Бехтерева на прощание. – Понимаю, вы не любите, когда апеллируют ко Вселенной, но иногда жизнь преподносит шансы, которыми стоит воспользоваться. Настройтесь и позвольте интуиции направить ваше внимание. Ведь все самое интересное происходит, когда вы сворачиваете с накатанной дороги.

Пятница прокатилась по Пете бульдозером. Сарказм Юлии Зиновьевны Петя пропускал мимо ушей, но ее желание все контролировать и мгновенно раздавать тумаки печально сказывалось, как модно говорить, на психологическом климате в коллективе. В какой-то момент Петя не выдержал и сказал:

— Юлия Зиновьевна, ну что вы все время с наездом разговариваете. Чуть больше дружелюбия – и люди к вам потянутся, – за что поймал благодарный взгляд Любы, которую только что отчитала начальница.

— А вы, Петр Андреевич, занимайтесь своими служебными обязанностями, со своими я как-нибудь сама разберусь.

И стало ясно, что Гурьянова взгляд Любы отследила тоже.

— Петр, как поживает репортаж? Когда будете готовы поделиться? – не могла остановить поток ехидства начальница.

— Репортаж и отобранные фотографии у вас в почте со вчерашнего вечера, – спокойно прикинул Петя.

Это был его привычный темп работы, и он знал, что мало кто сможет работать быстрее без потери качества.

— Я обязательно дам обратную связь в ближайшее время, – начальница не нашлась что еще ответить.

Отдельной сложностью оказалось оформить командировки на следующий месяц. География перелетов Антипова поражала: Казань, Санкт-Петербург, Владивосток, Краснодар и снова Санкт-Петербург, а потом Якутск. Но Петя был рад такой загруженности. И предвкушал новый интересный этап своей жизни.