Книга Портрет, страница 80 – Анастасия Сонина

Мама отходит от шока и медленно кивает.

— Действительно, мы не будем нами, если не устроим представления! – она резко выдыхает, а затем на ее лицо возвращается дружелюбная улыбка. – Проходите все скорее в дом! А то у нас много работы. Дэвид, шоу программа продолжится там.

Он широко улыбается.

— Не переживайте, Стейси у нас специалист по организации качественных представлений, мне не привыкать!

Я стукаю его по плечу, и все начинают смеяться. Мама наконец делает несколько неуверенных шагов по направлению к Матильде и неловко приобнимает ее.

— Оставим прошлое в прошлом, – произносит она, и атмосфера в комнате заметно разряжается.

Мы всей толпой отправляемся на кухню, где мама с точностью генерала начинает раздавать задания, и все присутствующие приступают к созданию кулинарных шедевров семьи Релле. Я одними губами произношу: "Спасибо!", глядя на отца. Он лишь подмигивает мне, давая понять, что у нас все хорошо. Я всегда знала, что мне очень повезло с приемной семьей, и сегодняшний день становится еще одним тому подтверждением.

* * *

Кухня уже несколько часов гудит от смеха и ароматов трав, пока мы нарезаем овощи, варим соусы и пьём вино. Беседа скользит во времени, а разговор часто возвращается к моментам моего детства. Папа рассказывает забавную историю времен моей школы. По выходным мы часто готовили блины на завтрак, и однажды в попытке подражать папиным безупречным переворачиваниям блинчиков прямо сковородой, я уронила один из них себе на голову. Растерявшись от боли, я бросила пластмассовую лопатку на сковородку, стоявшую на огне, и та расплавилась. Кухню заволокло дымом, отчего сработала пожарная сигнализация. На шум тогда сбежались все соседи, кто-то даже принес вёдра, чтобы потушить огонь. Это было фееричное событие, оставившее глубокий след в моей жизни. Когда папа заканчивает историю, все смеются до слёз. Даже Матильда заметно расслабляется и веселеет. Я чувствую, что ей не хватало этого – настоящей семьи.

Закончив все приготовления, мы принимаемся за сервировку стола, который в итоге превращается в холст, украшенный изысканными блюдами, – курицей в вине, рататуем, нормандским салатом и нежной выпечкой. У всех уже текут слюнки от голода, но в нашей семье не принято садиться за стол, пока не соберутся все приглашенные.

Гости по обыкновению пребывают с некоторым опозданием. Смесь давних друзей родителей и дальних родственников располагается за овальным столом, и шум голосов наполняет гостиную. Дэвид чувствует себя уверенно среди незнакомых людей, что обычно несвойственно его характеру. Я ненароком задумываюсь, не старается ли он произвести тем самым впечатление на меня и моих родителей, которые, стоит отметить, явно очарованы им. Матильда в основном молчит, но чувствует себя комфортно, и от этого осознания сердце мое наполняется теплотой. Я действительно сделала это – свела вместе две грани своей жизни.

Аккуратно достаю из сумки завернутый подарок и подхожу к папе в тот редкий момент, когда он не вовлечен в беседу.

— Это тебе, с Днем Рождения!

Он разрывает обертку, достает ручку и замирает. Его пальцы начинают дрожать, а взгляд встречается с моим. Как назло, именно в этот момент мама выносит из кухни торт. Столовая взрывается хором "С Днем Рождения", и папе приходится нехотя отвести глаза. Но под громкое пение наши с ним взгляды встречаются снова, и он берет меня за руку. В его глазах, как и в моих собственных, стоят слезы. Молчаливое признание, благодарность – большего мне и не надо. Мы все понимаем без слов.