Книга Паладин развивает территорию. Том III, страница 80 – Greever

Эта раса взяла на себя самую ужасную роль, которую только могла, — решать, кому жить, а кому умирать. Своим холодным расчётом они приговорили почти семьдесят процентов населения к смерти.

Калин, давно хотел, чтобы Совет разрешил сообщить миру о надвигающейся трагедии.

Но из этого ничего не получалось, так как помимо желания спасти людей, некоторые эльфы хотели раз и навсегда решить и вопрос с орками раз, а, возможно, и взять верховенство над всем континентом без лишних жертв среди своей расы.

Когда очередное прошение было отклонено, он начал искать другие пути помочь людям выжить, и именно для этого были отправлены эльфы в Балтес, так как на территории виконта земля начнёт истощаться одной из первых.

Хотя было лучше начать исследования на землях кентавров, но там просто не существовало аристократов, похожих на Виктора, которые были бы открыты к новому, а также имели такое же, как у него, открытое сознание.

Именно в тот момент, когда Летрейн и Виерна столкнулись с ним в демонических землях, и он сразу согласился выслушать, а после согласился с угрозой, исходящей от демонов, Калин понял, что нашёл нужного аристократа, который поверит им, когда придёт время.

Уже впоследствии выяснилось, насколько далеко смотрел человек и как рьяно он развивал общество на своей территории.

То, что сейчас обсуждалось во дворце, мало волновало Калина, и, пока все продолжали выдвигать одно предложение за другим, он просто следил за происходящим, обдумывая в голове, как ему поступить.

Нельзя было больше молчать и держать людей в неведении, так как виконт планировал изгнать эльфов со своих земель.

Только благодаря задержке с возможностью транспортировать всех переселенцев, он дал им месяц, чтобы те покинули его земли, и, пока этого не произошло, важно найти способ договориться.

Виктор собирался заняться документами и направлялся из гостиной в кабинет на втором этаже, когда прибежала служанка и сообщила, что у Шоны начались роды.

В этом доме такое случалось довольно часто, и у всех уже были свои роли, как и у лорда — своя: переживать.

Сколько бы детей не родилось, для него каждый ребёнок был важным, и не существовало понятия, что какая-то жена важнее другой, поэтому, услышав сообщение, он вернулся в гостиную, где находилась Клиосса.

— Никогда не встречала настолько плодовитых мужчин, как ты, во всяком случае, рыцарей, — произнесла графиня, сидя в кресле у камина в залитой солнечным светом комнате.

В последнее время погода радовала солнечными днями, пусть и холодными.

— Что поделать, — усмехнувшись, Виктор сел в соседнее с ней кресло и, попросив принести ему чай, стал выбирать имена, пока его опять не заставили это делать в срочном порядке.

Время шло, и двое находившихся в гостиной уже перешли от разговоров к шахматам, а затем и к картам. Почти двенадцать часов длились роды, и лорд действительно начал переживать, потому что такое было впервые.

Хотя в доме присутствовали монахи и лекари, а также медицинский персонал, ему всё равно с трудом давалось ожидание. Каждые пять минут прибегали служанки и сообщали, что всё идёт хорошо, пока жёны лорда дежурили у комнаты Шоны.

Наконец, поздно ночью прибежала Лулу, которая с радостной улыбкой сообщила, что родилась девочка.