Книга Паладин развивает территорию. Том VII, страница 106 – Greever

Тоже относилось и к кораблям. Виктор хотел ускорить движение товаров, поэтому продавал их либо по себестоимости, либо с минимальной наценкой, а это не покрывало даже ресурсов, вложенных на разработку.

Казна герцогства была не то что пуста, она существовала на заимствованные у торговцев деньги, что сильно нервировало Шону.

— Хорошо. Что ещё? — спросила женщина.

— Как приказывал… М-мы действительно не с-смеем ослушаться его светлость. Поэтому привезли рабов зверолюдей. — с трудом выдавил из себя торговец, зная, что это вовсе не товар, а очередные расходы. В это время мужчина заметил Ворката, который явно был счастлив, что его оппонент страдает перед лицом госпожи. Не сдержавшись, Берт выпалил то, что даже сам не ожидал. — Ваша Светлость! Я взял на себя смелость взять все расходы по их освобождению на себя!

Он пожалел об этом сразу, как только сказал, но уже было поздно брать слова назад.

«Мои семьсот золотых монет…»Чуть не плача подумал торговец.

Шона видела отчаяние в глазах этого человечка, и уголки её губ слегка приподнялись.

— Хорошо. Я довольна твоей поездкой. В следующий раз семьдесят процентов твоего груза должны быть на продажу! — приказала она и направилась к трапу, по которому спускались напуганные и прижимающиеся друг к другу полуорки. Заметив нечто странное, женщина, не оборачиваясь, обратилась к купцу: — Почему тут большинство женщин и детей? Ты не покупал мужчин принципиально?

Берт подбежав поклонился вновь.

— В-ваша светлость. На Калтамене мужчины ценятся больше из-за своей силы. Их отправляют работать на рудники. В городах, где я торговал их почти не найти. К тому же мужчин часто казнят за малейшую ошибку, так что их крайне мало в принципе.

Мерсар, стоявший на палубе, ощутил, как холодок пробежал по спине, словно это его вина в том, что на его континенте презирают расу зверолюдей.

Заметив на себе взгляд герцогини, мужчина вместе с сопровождавшими его торговцами Саранеллы бегом спустился вниз и упал на колени, отчего Берт закатил глаза.

— Давненько никто у нас на колени не падал. — с усмешкой заявила Шона.

Когда Халил поднял голову, он видел, как местные торговцы презрительно улыбаются, наблюдая за его действиями.

— Прошу простить, ваша светлость. В наших краях правила таковы и лучше упасть на колени перед знатным человеком, что его никак не оскорбит, чем рисковать и потерять голову.

— Хватит подлизываться. Поднимись! — приказала герцогиня и, обойдя торговцев, подошла к женщине-кролику с маленькой девочкой на руках. — Вы тоже прекращайте трястись! Вы же видите, что зверолюди здесь в таких же правах, что и остальные! Ведёте себя так, словно вас на убой ведут.

Шона никогда не умела быть тактичной, и эта неуклюжая попытка успокоить рабов, которых буквально только что освободили, привела к тому, что все дети заплакали от страха.

Не зная, как исправить ситуацию, растерянная герцогиня, выглядевшая как злодейка, попыталась погладить плачущую девочку, но только обострила ситуацию.

Лишь после этого к освобождённым рабам подбежали работники Балтес, среди которых в большинстве своём были зверолюди, прижимающиеся друг к другу полуорки стали успокаиваться.

Мерсар, поднявшись на ноги, наблюдал, как устрашающая женщина чувствует себя виновато перед существами, которых на его континенте даже за разумных людей не считают. К ним скорее относятся как к скоту, и никакой дворянин не будет себя так вести, даже если убьёт десяток рабов.