Книга Право сильного, страница 12 – Джейн Реверди

Урсула заменила мне родителей — именно с ней делила я с детства и горе, и радости. И я не могла бросить ее вот так.

— Хорошо, — пролепетала я. — Я согласна поехать в столицу.

Брат кивнул и велел лакею отнести няню в комнату.

Мы сели в карету.

За целый день пути до столицы мы не сказали друг другу ни слова.

На улицу Принца Альбера мы приехали после полуночи. Следом за братом я вошла в красивый двухэтажный дом с колоннами. Эрик не выпускал из рук саквояж, в котором у него была корона. Ему так не терпелось проверить предсказание, что он захватил ее в столицу.

Обстановка в комнате, куда нас проводил дворецкий, была роскошной, но не уютной. Слишком массивные рамы на картинах, слишком яркая обивка на креслах, слишком много зеркал на стенах. Как будто бы комнату эту обставляли по желанию человека, у которого были деньги, но не было вкуса.

Мы не успели даже присесть, когда в комнату через другую дверь вошла хозяйка — дама средних лет в напудренном парике. На ней было платье из дорогой ткани и вопиюще много драгоценностей. Мой брат натянуто улыбнулся.

— Мадам, позвольте вам представить мою сестру Элли.

Дама скользнула по мне оценивающим взглядом.

— Элли, познакомься, это — мадам Дюбуа.

Комната поплыла у меня перед глазами.

Мадам Дюбуа! Именно о ее школе говорил граф Краус! О школе, в которой девушек из благородных семей готовят в содержанки богатым мужчинам.

Я еще успела услышать слащавый голос хозяйки: «Девочка моя, что с вами? Вам плохо?» и провалилась в темноту.

Очнулась я уже на кровати в совсем другой комнате. До меня донесся голос брата, и я чуть приоткрыла глаза.

Они сидели за столом у окна — и Эрик, и эта напудренная мадам.

— Сумма, которую вы хотите получить, ваша светлость, просто немыслима, — фыркнула хозяйка. — Ни за одну из девушек я столько не платила.

— Но разве хоть кто-то из них был такой красавицей, как Элли? — кажется, брат был не намерен уступить ни единой монеты. — К тому же, она княжна, а значит, сможет заинтересовать самую титулованную особу.

— Да, — признала мадам и посмотрела в мою сторону, — она недурна. Но я не уверена, что найдется сумасшедший, готовый заплатить за нее то, что вы требуете. А значит, моя школа останется в убытке. Впрочем, я могу вам кое-что предложить. Я устрою аукцион. Я делаю это только в особых случаях, и надеюсь, вы учтете это, когда пойдет речь о моем вознаграждении. Я приглашу на него только самых знатных и состоятельных особ королевства, для остальных ваша Элли слишком хороша. Пусть они поспорят друг с другом за право обладать ею. Цена будет расти и, надеюсь, дойдет до нужного вам уровня. Но гарантировать я ничего не могу.

Она собиралась продать меня на аукционе! Как скаковую лошадь. И мужчина, который заплатит за меня больше других, получит право делать со мной всё, что ему заблагорассудится.

— Хорошо, — прошипел брат. — У меня всё равно нет выбора.

Как только мадам Дюбуа вышла из комнаты, я вскочила с кровати и бросилась к Эрику.

— Как ты можешь так поступать? Для тебя с малых лет фамильная честь была дороже всего на свете! Неужели ты позволишь своей сестре стать падшей женщиной?

Я еще надеялась, что у него осталась хотя бы капля этой чести. И что мои слова заставят его задуматься.

Брат был мрачен, но решение менять не собирался.