Книга Потерянная святая, страница 117 – Рейчел Кроу

Она должна была остановить девочку. Отослать ее обратно. Это было безумием, думала Ана, сжимая одной рукой еду в подоле, а другой – кровоточащий бицепс. Это вменили бы ей в вину. Хуже, чем кража лошади. Наравне с убийством юродивого. Похищение ребенка. Да ей перережут глотку в лесу, если поймают! Когда поймают. Теперь она воровка, похитительница детей, убийца и ведьма.

Слезы выступили у нее на глазах. Она хотела домой. Она должна была вернуться домой. Она больше ни минуты не могла оставаться здесь. Ей необходимо было найти Святую Ансель.

Модвин повернула за угол, и перед ними оказалась еще одна крутая лестница, к счастью, ведущая вниз. Она привела их в другой коридор, и Ана окончательно потеряла ориентацию в пространстве. Она слышала отдаленные удары в кухонную дверь. Конечно, они скоро отступят. Брандт расскажет им об узком коридоре, и уже в следующую секунду они могут услышать топот сапог, направляющийся в их сторону. В любую секунду.

Запах сена усилился, когда они пронеслись под темной аркой. Модвин резко остановилась и указала на глиняную масляную лампу в железном подсвечнике, которая стояла слишком высокого для нее. Ана отпустила окровавленную руку, и вспышка боли заставила ее зашипеть. Жалкий огонек едва боролся с густым мраком в комнате для сбруи. В конюшне по ту сторону переступали с ноги на ногу лошади, издавая любопытное фырканье.

Модвин распахнула сундук и издала короткий радостный возглас, вытащив потрепанные детские сапожки для верховой езды.

— Это мои старые, – шепотом объяснила она, вскарабкавшись на крышку сундука, вытащив из голенищ грязные носки и с трудом натянув сапоги на ноги.

Ана моргнула и поняла, что замешкалась, уставившись на девочку как безмозглая дура. Она окинула взглядом крючки и полки, заметив два толстых плаща для верховой езды и дорожную сумку. Она набросила на плечи пропахший сыростью шерстяной плащ, а другим накрыла с головой девочку.

Они увидят нас на лошади. Они услышат нас, – прошептала Ана.

Модвин взмахнула полами плаща, волочившимися по земле. Ана взяла концы, перекрестила их на плечах девочки и завязала на ее шее огромным узлом, как тогу, так что из-под подола было видно ее ноги. Она схватила с полки вязаную шапку и натянула ее Модвин на уши.

— Мы пойдем пешком, – сказала девочка.

— Это ужасная затея. Твой дядя никогда не простит меня.

— Что ж, а я не прощу его, – прошептала девочка, и ее нижняя губа задрожала. – Он обещал никогда больше не впускать красного дьявола в дом. Но вот он здесь, и хуже того, они хотят забрать тебя.

— Модвин, я не могу тащить тебя на себе всю ночь.

— Это я тебя тащу, – возразила Модвин, подбежав к другой полке и схватив кремень с огнивом и моток бечевки. Она запихнула их в сумку. Ана подхватила одеяло и корзину с тем, что было похоже на морковь. Она свалила все в сумку, втиснула сверху хлеб и сыр, а затем перекинула ремень через плечо.

— Модвин, – начала Ана, но девочка уже метнулась к боковой двери и подняла засов.

В щель ворвался ветер. Было очень холодно. Снаружи, во дворе, лунный свет заливал мир в горьковато-монохромный цвет. Ана вновь почувствовала то странное ощущение оторванности от реальности, словно она находилась во сне.

— Сюда.

Модвин бросилась бежать в сторону густой живой изгороди. Только добежав до середины лужайки, Ана оглянулась и поняла, что они находятся в самом конце здания, с противоположной стороны от кухни. Она не заметила никого из людей Брандта, но за окнами то тут, то там мелькали отблески факелов.