Книга Добыча лорда Эндрю Грегори, страница 96 – Полина Ром

— …конечно, тяжело было, миледи Сандра. Муж матери никогда слова поперёк не говорил, да последние годы ещё и попивать начал. Только и вздохнула я, когда господь свекровь прибрал, упокой, Господи, её душу грешную…

Произошёл раздел родительского имущества, сопровождаемый ссорами и скандалами, но всё же семье Трейси достался крошечный участок каменистой земли, коза и две овцы.

— Муж-то сильно обижен был на остальных, считал, что обделили его, даже пить на какое-то время бросил. За лето поставил там хижину. Я тот год чуть не надорвалась, как крышу-то крыли. Хоть и не больно гожий, а всё-таки свой дом. С приданого моего холстины немножко осталось на одёжу, да ещё маменька жива моя была — отжалела немного денег, так я курочек завела. Как первую зиму выжили — до сих пор не понимаю. Огород совсем мало давал, только шерсть, что с овец настригли, да спряла, — тем и кормились.

А дальше, поняв, что весь свой трудовой энтузиазм муж потратил на строительство этой самой хижины, Трейси поняла, что о пропитании нужно заботиться самой.

— С самой весны и сама в лес, и девочек с собой брала. Как раз у господ мода пошла чай из Шо-Син-тая пить. Стоил-то привозной больно уж дорого, а купчихи, кто победнее, тоже ведь хотят как благородные — чтоб из красивой чашечки с гостями горячего похлебать. Вот я всякое собирала и смеси делала. Подсушу — и в город. Продам по купеческим домам, домой бегу с покупками, а сама только молюсь, чтоб никакой лихой человек не отобрал, да девчоночки дома уцелели. А муж… А ему-то что? Он в город уйдёт — вроде как на работу наниматься, а уж где там что делал — бог весть. Только домой чаще всего возвращался седмиц через пять, а то и поболе, и завсегда — пьяный и побитый. А потом, старшенькой моей уже четырнадцать было, и вовсе его мёртвым на дороге нашли…

Как ни странно, после скромных похорон «кормильца» жить стало полегче, и, помня свою горькую долю, Трейси начала собирать приданое дочерям, чтобы не отдавать их в чужую семью, а найти мужа со своим наделом. В общем-то, всё у неё получилось, и первые две дочери замуж вышли достаточно благополучно.

— И мужики непьющие, зато работящие, и какой-никакой, а свой домишко есть, и деточки все живы — сама я дочек обучала, в каких травках купать да что от простуды давать. А только средняя да младшая — погодки они, миледи Сандра. После венчания средней скопить я больше не успела, и как младшая-то заневестилась — а мне ей и дать нечего. А парень-то справный, да и Эльга реветь почала…

Оставив молодых хозяйничать на своём собственном участке, Трейси отправилась искать работу в город и нашла её в замке. С полгода мыла посуду и чистила камин на кухне, а потом подсказала одной из кухарок, что если мясо крапивным листом обернуть — сохранится дольше. Тогда Валта перевела её с чёрной работы на чистку овощей.

— Конечно, миледи, сильное это облегчение. Ну, и когда что по травам нужно — завсегда я занимаюсь.

— Ты сможешь сварить мазь от ожога или сделать микстуру для больного горла?

— До матушки моей покойной мне далеко, миледи. Но самые-то простые отвары — отчего ж не сделать. А для мази жир нужен и воска немножко, а ещё хорошо в улье пчелином такую вот штуку собрать, — она потёрла пальцы один о другой, как будто между ними было что-то вязкое и плотное, — уж не знаю, как оно называется. Матушка называла «пчёльная мазь». И вот её-то всегда и добавляла почти во все снадобья.