Книга Добыча лорда Эндрю Грегори, страница 77 – Полина Ром

Эндрю обдумал про себя полученные сведения: «Если отбросить все эти семейные страсти и тайны, то получается, что моя жена — бастард. Впрочем, она бастард, официально признанный отцом. Кажется, такое разрешено законом… Надо бы будет уточнить у кого-нибудь, кто разбирается… Но теперь хотя бы понятно, почему миледи Блаунт так недолюбливает свою дочь. Что ж, Сандра — моя жена, мы венчаны в церкви, и тут нет вариантов. Зато мне будет чем охладить пыл собственной тёщи. Надо будет поискать небольшой дом в городе, выкупить для неё и удалить из замка, чтобы миледи ничего не натворила. А уж с женой мы как-нибудь сами разберёмся, как нам следует жить дальше…»

— Я благодарен вам за эти сведения, сестра Маргарэт, но…

— Вы хотите узнать, милорд, зачем я вам это рассказала?

— Да.

— Мне жаль малышку… Она — дитя насилия, но… Я не видела, как она росла, я не видела, как она стала девушкой и уронила первую кровь… Пока миледи Патриция была жива, я не слишком-то и беспокоилась о ребёнке. Я знала, что миледи добра и благородна и не позволит причинить зло девочке. Когда миледи умерла, мой монастырь получил её посмертный дар, а я — письмо. Она писала, что оставила в наследство своей внучке село Гусиное и надеется, что жизнь малышки сложится хорошо. Я очень мало знаю, как жила моя девочка после смерти миледи, но всё же кое-какие слухи доходили… Я думаю, милорд Грегори, что за те годы, что Сандра жила под пятой у миледи Блаунт, она искупила грех своего рождения. Я прошу быть к ней милостивым, а в обмен обещаю любую помощь, которую смогу оказать. Обещайте мне, милорд Грегори….

— Нет. — Эндрю шевельнул затёкшими ногами, слегка поморщился и спокойно пояснил настоятельнице: — Я не буду брать на себя никаких обязательств, мать Маргарэт. Я обещаю хранить вашу тайну в секрете от всех, но в мои отношения с супругой вмешиваться никто не будет. Я могу только сказать, что буду относиться к ней справедливо.

— Что ж, мне остаётся уповать только на милость Господа и вашу… И если когда-нибудь путь ваш будет пролегать мимо нашего монастыря… я очень хотела бы увидеть свою дочь...

Сэр Дилан Одли шёл на поправку неторопливо. Рана в бедре не позволяла ему нормально сидеть, а ходить запрещал лекарь. Последнее время сенешаль постоянно казался раздражённым, и в конце концов я не выдержала.

Об устройстве костылей я имела весьма слабое понятие, но, просто подумав о том, как будет удобно человеку, опирающемуся на них, сделала кривой чертёж на клочке ненужной бумаги и отправилась искать столяра или плотника. Здесь эти специальности особо ещё не разделяли, и потому мастер по работе с деревом был один на все случаи жизни. Костылей я заказала сразу пару, но для того, чтобы их изготовить, пришлось с помощью лакеев поставить сэра Дилана на ноги. Точнее — на одну ногу. Мастер измерил все расстояния, которые ему были нужны, и ушёл, а я поняла, что сенешалю будет крайне неудобно держать больную ногу на весу.

— Что ж, сэр Дилан, я не вижу в этом ничего страшного. Как и все мужчины, вы носите широкий пояс. К этому поясу вполне можно прикрепить систему ремней, которая позволит вам держать ногу в том положении, какого потребует лекарь.

— Миледи Сандра, я вам по гроб жизни обязан буду! Если смогу выбираться из этой комнаты хоть иногда — уже радость! Очень уж тут тоскливо лежать.